"Слава Богу, они угомонились!" - в ушах Иозефа звенело от детских воплей. Теперь он серьезно жалел что отказался сходить на этот фестиваль ледяных фигур. Судя по впечатлениям детей, это было потрясающе. Прозрачный Кинг-Конг в натуральную величину, лохнесское чудовище, циклопы, драконы, трансформеры! И все это двигается, изрыгает пламя, рычит, скрипит!
"Они чуть не разодрались, доказывая друг другу что было лучше всего... Съезжу в выходные, пожалуй..." - решил водитель и включил радио. Фрэнк и Ненси пели свое "Нечто глупое". Иозеф любил эту песню, он вел автобус постукивая по баранке и прерывисто подвывал.

В салоне было тихо, дети заснули в самых замысловатых позах, учительница, о чем-то задумавшись, глядела сквозь стекло на темноту, а ее бледное дрожащее отражение глядело на нее.
"Двадцать минут одиннадцатого... Еще половина пути впереди... Не задремать бы" - отметил про себя Иозеф, ровный гул мотора и однообразная лента шоссе, без поворотов и встречных машин, убаюкивали его.
-"Дядя Зепп, можно я тут постою?" - это был Тони, сынишка его приятеля Ласло.
-"Конечно, малыш. А ты почему не спишь?" - Иозеф был рад неожиданному собеседнику.
-"Не знаю, не спится..."
-"А что такой грустный?"
-"Да так... Неохота возвращаться"
-"Ты что с родителями поссорился?"
-"Нет" - коротко ответил мальчик и насупился: - "Мне вообще у нас в деревне не нравится"
Минуту они молчали. Зепп предложил малышу оставшуюся сосиску и тот с удовольствием принялся ее жевать.
-"Дядя Зепп, скажите мне... Вот я, ладно, маленький... А ты почему живешь у нас?.. Ведь ты раньше жил в городе... А у нас?.. Делать нечего, ходить некуда, да и вообще... Ничего нету..."
Шофер усмехнулся: - "Тебя что не учили, что с набитым ртом разговаривать нельзя?.. А что касается твоего вопроса, то как говорит наш доктор: "В нашей деревушке нет ничего, кроме нескольких причин по которым мы тут живем"
Разговор как-то не клеился. Собеседники молчали, каждый задумавшись о своем. Тони заворожено наблюдал за светящейся приборной доской.
-"Когда вырасту, тоже буду шофером" - прошептал он, устремив взгляд вперед, в разрываемую светом фар тьму ночной трассы.
-"Ну уж, конечно, шофером... Такие умницы как ты находят себе работу получше" - ответил ему водитель.
-"Лучше работы не бывает... Только я буду водить большой грузовик... Буду гонять на нем по ночам что есть духу!"
Шофер улыбнулся и немного сбросил скорость. Мальчишка продолжал: "- Когда стоишь на обочине, а мимо проносится грузовик, сердце начинает биться как бешенное... А он похож на огромный крепко сжатый кулак, несущийся кому-то в поддых"
Зепп снова улыбнулся и удивленно заметил: - "Такой ты маленький, а злости в тебе на пятнадцать отставных полковников"
Мальчик замолчал, продолжая наблюдать, как желтый треугольник света выхватывает из небытия куски запорошенного асфальта, позволяя им двигаться вперед. Ему казалось, что если погасить фары, то они моментально провалятся в бездонную яму и будут бесконечно долго падать...падать… падать до тех пор пока...пока он не повзрослеет.
Автобус слегка затрясло.
-"У тебя есть друзья?" - спросил малыш, дрогнувшим от тряски голосом.
-"Конечно. Вот ты у меня друг... Ласло, твой папа... Доктор... Ну и этот, пожиратель половины моего заработка" - сосчитал шофер и кивнул в сторону своего пса, который, услышав одно из своих бесчисленных прозвищ, приподнял голову и посмотрел на хозяина.
-"А почему ты его так зовешь?"
-"Как так?"
-"Ну... как попало"
Если бы Зепп не сидел за рулем, он бы вздохнул и, протянув руку, потрепал бы пса за загривок. Но сейчас он только покрепче сжал баранку и спокойно принялся объяснять:
-"Понимаешь, когда я нашел его в лесу, всего порванного и помятого, я подумал, что его собачья кличка должно быть вот где у него сидит и, чтобы случайно не назвать его так же как звали его те из-за кого он там очутился, я решил обращаться к нему как бог на душу положит, но только без обычных собачих кличек"
-"Ты нашел его в лесу?"
-"Да, я тогда только начал работать водителем. Остановился как-то по нужде... Заскочил в лесок, смотрю кровь кругом и кто-то скулит..."
-"Странно, никогда не слышал чтобы твой пес скулил."
-"Я тоже с тех пор не слышал... Как только он меня почуял, сразу перестал. А когда я над ним склонился, он так зарычал, что я чуть в штаны не сходил".
-"И ты его подобрал?"
-"А ты бы не подобрал? Посмотри, какой сердцеед... Правда, он тогда не так выглядел... Кучу денег на ветеринаров угрохал...Всего его, беднягу, перештопали...Доктор сказал, что у него клыки спилены...Так поступают с дворнягами на которых натаскивают бойцовых собак, чтобы они не попортили им шкуры."
-"Он и сейчас без зубов?"
-Не-е-ет, зубы ему тоже вставили. Какая может быть собака без клыков?.. Думаю, он меня после этого особенно зауважал"
Мальчик почтительно посмотрел на пса, но погладить не решился.
-"А в Америке ты был?"
-"А что это ты про Америку?"
-"Да так... Съездить хочу... Ну, так был?"
-"Приходилось. Хорошая, вообщем, страна. Только у продавщиц там очень изнуренный вид"
Тони вновь уставился на дорогу. "Поехать бы туда прямо сейчас..." - думал он, гоняя эту простую мысль туда-сюда: "Сейчас бы туда прямо поехать... прямо сейчас бы туда поехать... бы туда сейчас поехать прямо..."
Вдруг, заобочинный мрак сгустился и стремительно выплюнул на дорогу какой-то живой комок. Тони вскрикнул: - "Ух-ты, кто это?! Осторожно!!!"
ИОЗЕФ РВАНУЛ РУЛЬ ВПРАВО И ВДАВИЛ ПЕДАЛЬ...

-"Черт возьми! Проспал!" - вспыхнуло в голове Иозефа, когда он, открыв глаза, обнаружил себя в постели, в комнате наполненной ярким солнечным светом. В то же мгновение Зепп рванулся с кровати, но острая боль как поводок одернула его и бросила обратно. Услышав стоны в палату вошла сестра.
-"Слава Богу, вы очнулись. Ваш пес не дает нам покоя. Покусал санитаров, не ест ничего..."
-"Мой пес? Где он?... Где я, черт возьми!"
-"Ой!.. Да вы, верно, ничего не помните..."
-"Чего ничего? Вот дерьмо!" - в груди Иозефа похолодело, не желая того он снова застонал. Что-то щелкнуло в его черепе, словно два теннисных шарика ударились друг о дружку, по всему телу выступил пот и он снова отключился.

Его разбудили голоса за дверью. В комнате было темно. Мужские голоса, один он признал, это был доктор. Узкая полоска света, проникающего сквозь дверную щель, то и дело прерывалась вышагивающими снаружи телами.
-"Когда я смогу допросить его, док?"
-"Только не сегодня, позвони завтра"
-"Поторопись, док, из-за тебя все дело стоит".
-"Успокойся, никуда он от тебя не денется... Позвони завтра... А впрочем, если ты умеешь допрашивать деревья..."
-"Какие еще деревья?"
-"Он сейчас как дерево, инспектор. Срубленное дерево, бревно, одним словом".
-"Ладно, я зайду завтра... Вот именно зайду, а не позвоню! И не вздумай его от меня прятать, док!"
-"Хорошо-хорошо, инспектор. До завтра..."
Послышался тяжелый топот форменных ботинок. Инспектор удалялся. "Инспектор!!! Инспектор!!! Черт!
"-только теперь до Иозефа дошло. Снова эта боль, этот зудящий холод внутри.
Он лежал стараясь ни о чем не думать, обходя, как старичок-иппохондрик, студенные лужи своего еще призрачного но скаждым вздохом сгущающегося несчастья. Все напрасно... Он уже замочил ноги... До утра он не смыкал глаз, только притворялся спящим, когда в палату входила сестра. Он боялся, трусил как нашкодивший ребенок... Ему даже пришла в голову мысль притворятся так до конца жизни, как будто он в коме. Но с первыми лучами солнца он встал и, превозмогая боль, мелкими шажками, вдоль стенки, отправился на встречу со своей, уже давно ожидающей его, судьбой.
Подойдя к ординаторской Иозеф услышал:
-"Как можно было такому человеку как он, доверить такой груз как этот?"
В нем уже кипела злоба. С силой, как ему показалось, он распахнул дверь (на самом деле она медленно, со скрипом, отворилась)и решительно прохрипел еле слышным голосом: "Р-расскажите мне все!" Его едва успели подхватить, и он повис на руках санитара как тряпка.

Зепп сидел в прачечной, где разместили его пса, и кормил своего любимца, когда услышал оклик: - "Герр Иозеф Кох? А мы по вашу душу... На силу вас разыскали!"
За его спиной стоял инспектор с помошником. Пес зарычал. "тихо, ихо, комарадо" - успокаивал его Зепп. Вскоре ему пришлось выложить им все, что он помнил о том злополучном дне под неодобрительное ворчание "комарадо".
-"Так значит, вы увидели лося и резко затормозили?"
-"Ну, я думаю, что это был лось"
-"А может это была серна или олень?" - вставил свою реплику невесть откуда появившийся доктор, который, видимо уже давно, наблюдал за их беседой.
-"Попрошу вас не мешать, док. У нас здесь официальная дача показаний, а не дружеская пирушка!
-"Извините, инспектор, просто я хотел сказать, что лоси-то у нас не водятся"
-"Мне это и без вас известно, попрошу вас удалиться!"
-"Не обижайся, инспектор, но Зеппи мой друг и это моя больница, так что я, с твоего позволения, останусь"
Инспектор молча "проглотил пилюлю" и продолжил, обращаясь к Иозефу: - "Опишите в деталях то, что вы видели"
-"Понимаете, в чем дело, я видел "это" какие-то доли секунды"
-"Но что-то вы успели разглядеть?"
-"Да, конечно... Длинная темная морда, торчащие в сторону уши и... пожалуй, оно было какое-то горбатое... Не особенно большого размера..."
-"Похоже на зверя Кадоша" - насмешливо заметил помощник инспектора, рыжеволосый капрал.
-"Не болтай чепухи, занимайся протоколом!" - одернул его начальник.
-"Вы смеетесь надо мной, а ведь мальчишка его тоже видел" - уставившись в пол, проговорил Зепп.
Инспектор с помощником переглянулись и удивленно посмотрели на доктора. Док подошел к Иозефу и положил руку ему на плечо:
-"Я не хотел тебе пока говорить... Мальчик погиб..."

-"О каком звере говорил этот рыжий?"-"А-а... этот зверь Кадоша?... Кадоша-карлика... Ты что не слыхал этой сказки?"
-"Нет"
-"Мне рассказал ее здешний лесник. Странный старик. Настоящий отшельник. Приходит изредка в деревню за табаком, сдает в нашу аптеку травянные сборы".
-"А что с ним такое?"
-"С кем?"
-"Ну, с этим лесником..."
-"Да ничего... Он и так, насколько я помню, всегда жил в одиночестве... А тут еще, лет двадцать назад, через его участок протянули высоковольтную линию. Он сопротивлялся как мог, но его никто толком не поддержал. Вот он и разобиделся...Так, во всяком случае, рассказывают..."
-"Ну, а что с этим зверем?"
-"О! Это шедевр местного фольклора, гордость этнографов, вообщем, довольно красивая и занимательная легенда..."
-"Перестань ворковать как экскурсовод! Говори по делу."
-"Если ты такой нервный, прочитай сам. Ее окультуренный вариант есть в сборнике "Альпийские мифы"
-"Ну ладно, док, не обижайся... Расскажи сам как слышал от этого старика."
-"Что-ж, расскажу... Только обещай что успокоишься... Хотя, честно говоря, у меня нет уже никакой охоты"
Иозеф замер в каком-то тупом ожидании. Вдруг, он с удивлением обнаружил, что держит в руке шахматную фигурку. "Шахматные короли желали бы знать...", припомнилось ему начало детской считалки. "Странно, я не помню как мы начали играть..." В это время док продолжал: - "Да, не-е-ет... Ничего уж больно особенного в этой истории нет... (Он чувствовал что черезчур затягивает, но ничего поделать не мог, что-то мешало ему начать. Ему никак не удавалось преодолеть непонятно как возникший дискомфорт. Зепп совсем не помогал ему, он был занят пристальным изучением игровой диспозиции, его положение было явно выигрышным.)
-"Ну... в общем и целом, там что-то говорится о том, что давным-давно на месте нашей деревни было большое и богатое селение. Мужики жившие там были здоровые балбесы, настоящие великаны, н-да... Они были такими большими и сильными, что" их псы, свернувшись калачом, спали у них на плечах"... Их женщины славились своей красотой и добротой. Они были настолько красивы и добры, что ни одна болезнь, ни одно несчастье не могло даже приблизиться к деревне... Ну, вот так они и жили долгое время не зная бед. Но тут, в одной семье родился карлик. Он был так безобразен, что его родители тут же умерли от позора... Карлика воспитывали всей деревней. Все относились к нему хорошо... Но когда он вырос и понял всю свою ничтожность и уродство, в его маленьком сердце зажглась большая злость. Карлик стал пьяницей и забиякой. Но больше всех доставалось от него девушкам. Он просто не давал им прохода. Наконец, терпение людей кончилось... Они построили ему добротный дом в лесу и прогнали из деревни... Вскоре, стали пропадать девушки, одна за другой. Мужики выставили караул и поймали ужасного зверя, не то собаку, не то медведя... А в книжке написано единорога... Да-да, именно единорога... Так на чем я остановился? Ну вот, они поймали зверя. Он был мерзок, от него воняло болотной тиной, мышиными гнездами и прочей гадостью. На голове у него были рога... (Доктор постепенно увлекся своим повествованием, забыв про Зеппа, который все больше и больше обмякал в своем кресле, погружаясь в облако какого-то раздраженного отчаяния и разочарования, он с нетерпением ждал конца истории, чтобы низложить черного короля.)... Тут появился карлик, которого прозвали Кадош за его злобный характер. Он предложил обменять зверя на девушек. Все были удивленны и озадаченны, но, конечно, согласились. Потом, мужики проследили за этой парочкой и решили таки убить чудовище. Они сгрудились вокруг дома Кадоша, колотили в его двери, заглядывали в окна, требуя выдать им животное. Но тот напрочь отказался выдать своего единственного друга, осыпав всех проклятиями. Тогда жители деревни обложили избу деревьями, чтобы этот карлик не смог выпустить своего страшного зверя... Сделав это они удалились. Ночью разразилась буря, сильная гроза с ураганным ветром. В заваленный дом Кадоша ударила молния и он сгорел вместе со своим гадом.
...Так решили в деревне. Однако, детей и сейчас пугают этим зверем, который ловит людей в лесу и мстит за своего хозяина..."
На протяжении всей истории Зепп не проронил ни слова, он только изредка барабанил по шахматному столику.
-"Док, ты так все описываешь, словно веришь во все это!" - проворчал Зепп, делая ход королевой.
-"Это не вопрос веры... Когда дело касается таких вещей..."
-"Каких вещей?" - недоумевал Иозеф.
-"Я говорю обо всем странном, загадочном..." - продолжал доктор, убрав короля из-под шаха.
-"Но ты ведь не хочешь сказать, что это чудовище существует?" - злобно прервал его нервный пациент и вновь двинул королеву.
-"Вот именно существует! Все чудесное, тайное существует НА САМОМ ДЕЛЕ. Оно ЕСТЬ, но никогда
НЕ СЛУЧАЕТСЯ..." - наконец закончил свою мысль доктор.
-"Я тебя не понимаю и тебе мат!" - выпалил Зепп и резко поднялся из-за стола.
-"Ты не правильно ко всему этому относишься! Кто боится прошлого, не имеет будующего!" - крикнул ему вдогонку док.

Дела у Зеппа шли на поправку, он выздоравливал. Его аппетит заметно улучшился, чего нельзя сказать о его настроении.
Иозеф сосредоточенно поглощал вторую порцию тушеных бобов, когда услышал объявление: - "Герр Иозеф Кох, вас просят в кабинет номер пятнадцать," - сообщил голос сестры по радио. Закончив завтрак, Зепп направился туда. Отворив дверь, он обнаружил в комнате дока и какого-то бородоча, который, приватно склонившись к его другу, что-то ему втолковывал.
- "Знакомся, Иозеф, это профессор Хьюберт, он хочет с тобой побеседовать" - Зепп пожал бородачу руку, а док, тем временем, поспешно выскользнул из кабинета.
"Беседа" Иозефу совсем не понравилась: дурацкие вопросы, бессмысленные задания. ("Боитесь ли вы темноты? Бывают ли у вас неудержимые приступы смеха или плача? Нет ли у вас особого призвания? И так далее.")От таких вопросов у Зеппа чесались кулаки: "А доктор-то, как он мог допустить ко мне этого кретина?"
Но хуже всего Иозефу пришлось когда этот Хьюберт заставил его изобразить несуществующее животное. "Да не умею я рисовать!" - отпирался он. Но профессор не отставал. Тогда Зепп, чтобы отвязаться, не глядя начиркал что-то на бумаге. Однако, его мучитель тоже был не так прост, он попросил вглядется в каракули и рассказать что там видно. Только Иозеф собрался заявить, что сам черт тут ничего не разберет, как нечто схватило его за горло. Как он не старался скрыть свое состояние от Хьюберта, тот все-же гадко застрочил что-то в своем блокноте. Теперь Иозефа "отпустило", однако он готов был поклясться, что еще секунду назад с листа который он держал в руках на него нагло таращилась лосиная рожа с папиросой во рту. Сейчас все линии вновь предательски спутались и было бы полным безумием, показывая на них, утверждать наличие каких-либо лосей-курильщиков на этом "рисунке". Иозеф не знал что там записал этот бородач, но он твердо решил не говорить ему ни о чем. Не говорить никому. Это его личное дело. Его и этой призрачной рожи.

Зепп нашел дока в бильярдной. Игра у того не шла и, вообще, он был явно не в духе. Доктор объяснил Иозефу, что так, мол, и так придется полежать месяц в городской клинике. ("Нет-нет, это не то чтобы психушка... Это просто обычная процедура... В таких случаях...Экспертиза...Ничего не поделаешь...Это уже не в моей компетенции...)Зепп молча выслушал доктора, он был поражен, никак не ожидал подобного поворота событий.
-"Дай мне хотя бы неделю, отдохнуть дома!" - немного опомнившись, потребовал Иозеф.
-"Четыре дня" - ответил док, старательно примеряясь к шару, он ожидал более бурной реакции друга
Зепп направился к выходу
-"Погоди минутку!" - остановил его док, - "Я правда не знаю, стоит ли тебе сейчас возвращаться домой... Видишь ли, кто-то разболтал в деревне о том, что у тебя в крови нашли алкоголь... Ничтожная доза, конечно, но разве объяснишь? Кроме того, ты говорил о лосе, или что-то в этом роде, но инспектор не обнаружил там никаких следов в радиусе мили... Так что я бы поостерегся..."
Иозеф вышел, не дослушав его.

Он должен был уйти после завтрака, но ушел он когда на кухне уже готовили обед. Иозеф тянул время как мог. Сначала у него оторвалась пуговица, потом порвался шнурок, затем он обнаружил что его брюки недостаточно хорошо выглажены, пошел в прачечную, выпросил утюг и трижды проутюжил свои штаны. В конце концов ему стало стыдно своей нерешительности и он покинул больницу.
Оказавшись на улице, Зепп поднял воротник, натянул кепку на уши и двинул домой сутулой походкой замерзающего человека. Пройдя сотню метров, Зепп подумал: "должно быть я очень нелепо выгляжу, скукоженная фигурка на фоне теплого солнечного дня, когда даже снегу жарко... Да ведь, мне совсем не холодно. "Иозеф распрямил плечи и постарался придать себе самый непринужденный вид.
Пес радостно семенил впереди, а Йоз завидовал ему. "Я ни в чем не виноват!" - твердил он себе, но при виде прохожего делал вид будто он это не он, а просто свой собственный случайный попутчик.
Проходя мимо магазина, он вспомнил, что в холодильнике у него должно быть абсолютно пусто. Мысль о том, что придется зайти за продуктами навеяла на него смертельную тоску. Но делать было нечего...
В булочной на него смотрели так, словно он собирается кормить хлебом крыс. Из-за приоткрытой двери ведущей в подсобное помещение, доносилась ругань. Грузчик смотрел какой-то гангстерский фильм: "Ты потерял всякие привелегии в этом городе! "Иозеф скривил губы: "Вот уж точно...
Когда он вышел из магазина, начался новый кошмар. Вглядываясь в лица встречных, Зепп вспоминал кто из их родственников был в его автобусе. "У этого была дочь... У этого внук... У этой любимый племянник... "Вообщем-то в деревушке не нашлось бы ни одной семьи, у которой не было бы кого-нибудь из близких в его злосчастной машине. Зепп пожалел что не догадался покинуть больницу вечером, под прикрытием темноты. "Хотя я ни в чем не виноват... Не виноват!"

Отворив дверь, Иозеф и пес замерли в изумлении. Они попали не в знакомый и уютный дом, а в какой-то переполошенный скворечник. Десятки птиц в испуге метались по комнатам. От трепетания их крыльев воздух жужжал. Синицы, снегири и воробьи носились из стороны в сторону в поисках выхода. В своем суетливом бегстве от внезапно явившихся хозяев, они были похожи на стаю шкодливой ребятни, забравшуюся в чужой сад. Собака первой пришла в себя и с лаем бросилась прогонять не прошенных гостей. Через минуту дом был пуст. Все вокруг засиженно птицами, на подоконниках, у разбитых рам, тает снег, пол усеян осколками. Хрустя стеклом, Зепп прошел на середину гостинной и остановился там, равнодушно оглядывая свое неприветливое жилище. Вдруг, он вздрогнул и пригнулся. Откуда-то из под потолка стремительно вылетела замешкавшаяся синица. Промчавшись над головой Зеппа, она со всего размаха врезалась в стену и, трепеща крыльями по обоям, медленно опустилась на паркет. Иозеф отогнал пса, поднял птицу и вместе с ней грузно опустился в простывшее кресло. Так он и сидел, без движения, на протяжении многих часов, уставившись в черные бусинки птичьих глаз. Сквозной морозный ветер хозяйничал в комнате, переворачивая страницы забытой когда-то на столе книги, потрепывая волосы бесчувственного Зеппа и гоняя с места на место озадаченного пса.
Когда Иозеф очнулся, сумерки наполнили его разоренный дом тоскливой тьмой. В его ладонях был зажат уже окоченевший трупик синицы, а из его рта выплывали, позолоченные уличным фонарем, клубы пара. "Так больше продолжаться не может!" - простонал Иозеф. Он резко поднялся, положил птицу на подоконник и подошел к двери. Нашарив в темноте выключатель, он щелкнул. На долю секунды комната озарилась фиолетовым светом, как от фотовспышки, и вновь погрузилась в черноту. Зепп стоял в раздумье, ощущая легкий запах гари: "Все против меня!.. Короткое замыкание... Не мудренно"
Он закрыл глаза и его фиолетовая комната вновь предстала перед ним как наяву. Пару минут он стоял с опущенными веками, разглядывая этот призрачный образ, пока он не испарился окончательно. Затем, Зепп взял веник и принялся подметать, фонарь за окном помогал ему отыскивать на полу осколки стекла, птичий помет и перья. Закончив уборку, он взялся за окна. С помощью подушек, одеял и пледов он тщательно заткнул все щели и, в полном мраке, нераздеваясь повалился на пол и уснул.
...Зепп не мог определить сколько прошло времени с тех пор, как он пришел домой. Он был не в состоянии понять даже день сейчас или ночь, так плотно были упакованы оконные проемы. Часы показывали девять. Но утра или вечера? Пес царапал дверь, ему нужно было на двор. Зепп тоже решил прогуляться. Выйдя на улицу он увидел, что уже вечер и сообразил, что проспал около суток. Ему страшно захотелось выпить. Выпить и чем-нибудь закусить. Иозеф решил дойти до единственного кабачка имеющегося в их деревне, насколько он помнил, до его закрытия еще было время.
Подойдя к стойке, Иозеф спросил пива, но бармен как-будто не слышал и продолжал усердно протирать бутылки. Зепп повторил свою просьбу. Тогда хозяин, не оборачиваясь, неуверенно промолвил
-"Мы уже закрываемся"
-"Ну, тогда я возьму выпивку с собой" - заявил Зепп, сверля спину бармена потяжелевшим взглядом.
-"Да брось ты, Пауль, скажи ему прямо!"
-"Да-да, пусть уносит отсюда свою пидорскую задницу!"
Зепп обернулся и увидел трех молодых парней, рабочих с небольшой сыроваренной фабрики. Они тоже уставились на него. Иозеф снова обратился к бармену: - "Слушай, Пауль, просто дай мне пару бутылок и я спокойно уйду."
Пауль молча скрылся за занавеской... позади заскрипели по полу стулья... упал и покатился стакан... по всему телу Иозефа пробежала нехорошая дрожь...

Он снова дома. Один. Его пес где-то загулял. Странное дело, он чувствует себя гораздо лучше, как-будто синяки и ссадины искупили его долг. Пара хуков и апперкотов - и ты прощен!" Если мне теперь немного легче, значит, я все-таки считал себя виновным!" - подумал Зепп и, на всякий случай, щелкнул выключателем. "Ладно, сейчас не до этого" - решил он и прошел на кухню. Отыскав в темноте спички, он приблизился к газовой плите и запалил все комфорки.
Пришел голодный пес. Иозеф открыл банку тушенки и разделил ее с собакой. Они ели и молча поглядывали друг на друга, а четыре синюшных газовых подсолнуха наполняли комнату неверным дрожащим светом.
Утром, побрившись при свечке, Иозеф ткнул пальцем в зеркало и изрек: "Ладно, пора с этим всем разобраться! "У него еще было в запасе около двух суток и теперь он знал на что их потратить. Выйдя из дому, он громко хлопнул дверью и, засунув руки в карманы, уверенным шагом двинул в сторону универсального магазина.

"Ну, что-ж! Я так и знал!" - сказал Зепп собаке, складывая покупки в угол". Придется что-нибудь придумать... Но, сначала займемся электросетью. "Смастерив нехитрого "жучка", Зепп вкрутил старую пробку и зажег свет. Затем, он занялся охотничими лыжами, только что купленными им в магазине. Прикручивая крепления, Иозеф бормотал себе под нос: "Ладно, я ведь и не рассчитывал что они мне его продадут... Учитывая сложившиеся обстоятельства, опухшую губу и фингал... Это несколько усложняет дело..." Закончив монтаж первого крепления, он принялся за второе: "А если разбить витрину бутылью, инсценировав пьяную выходку какого-нибудь молодчика?...или... Вот!..
Точно!!!... Идея!...Опрокину-ка эту железную вешалку, повешу три-четыре пальто покупателей на одну сторону, она как раз стоит у окна... Может сработать...Только это нужно все устроить не задолго до закрытия, что-бы они не успели вызвать стекольщика. "Иозеф закончил с лыжами. "Интересно, нужны ли к ним палки? Или на них ходят так?... Возьму, если что, свои старые. "Зеппа лихорадило от возбуждения. Он схватил бумагу и фломастером набросал схему магазина: "Насколько я знаю, сигнализации там нет, сторожа тоже. У нас вообще нет такой профессии" - ухмыльнулся Зепп.
"Да, иначе туда не попасть, на первом этаже ставни, двери слишком крепкие... А вдруг, они что-то заподозрят? Вызовут полицию? Оставят человека на ночь? Тогда все пропало! "Энтузиазм Зеппа пошел на убыль. "Ну, что-ж тогда... Нет, так не годится... В больницу я не вернусь!... Я им всем покажу!... Теперь к Ласло! За снегоходом!"

Ласло смотрел телевизор, его жена Анабарбара нарезала овощи для салата. Раздался звонок. "Я открою" - сказал Ласло жене, которая, казалось, не обратила на это никакого внимания. Отворив дверь, он тут же вернулся: "Я выйду покурю" - Анабарбара не ответила, Ласло поспешно удалился. Друзья стояли на крыльце и сосредоточенно дымили. На пороге появилась Анабарбара, ее трясло. В правой руке она держала нож, левая была у рта. Отняв от губ окровавленный палец, она, глядя поверх Зеппа, сдавленным голосом прохрипела: "Чтобы я его... больше... никогда... здесь... не видела!"

Иозеф бродил по улицам. Бесцельно. Он чувствовал себя полным дерьмом. Удивительно легким и воздушным. Пустота переполняла его. "Как выпотрошенная курица, стоит ли еще чего-то бояться?" - спрашивал Зепп у своей пустоты. Когда начало темнеть, он вернулся домой. Иозеф почти не удивился, обнаружив во дворе снегоход: "Ласло должен был меня понять! Он со мной!!!"
Собрав все необходимое, Иозеф на минутку прилег: "Ерунда, я не сделаю этого... Не смогу... Это смешно..."Охваченный сомнениями шофер задремал, чтобы через пять минут проснуться уже грабителем.

Инспектора разбудил рокот мотора. Взглянув на часы, он вскочил с постели и подбежал к окну. "Ничего не видать... Что за дурень гоняет в четыре утра?" - ворчал инспектор потирая глаза. Смутное беспокойство овладело им, сон пропал. Проворочавшись в кровати пару часов, он встал и, взяв первую попавшуюся книжку, отправился на кухню убивать время до службы. Чтение раздражало его, но он привык доводить все до конца и, начав читать рассказ, уже не мог его бросить. Это была глупая детская история про корабельного кока. Матросы пришли к этому коку и пожаловались на рыжего кота, который будто-бы украл с камбуза банку сладкого горошка. Кок погнался за котом и утопил его в море, а когда вернулся, увидел, что матросы, в его отсутствие, воруют сухари. "Какая чушь!" - заключил инспектор и с удовольствием отшвырнул книжку. Его жена поднялась и начала готовить завтрак. Они как раз сидели за столом, обсуждая тревожную метеосводку, обещавшую к вечеру настоящий буран, когда зазвонил телефон. Инспектор снял трубку: - "Покороче, капрал, покороче... Когда это произошло? Возьмите себя в руки, капрал!... Я сейчас буду! "Глаза инспектора горели, в страшной спешке натягивал он форму, носясь по комнатам и опрокидывая стулья. "Что стряслось?" - робко спросила жена. "Да так, ничего" - зачем-то соврал он. Выскочив на улицу, инспектор внезапно остановился, чтобы перевести дух. "Так, так, таки-таки, так..." - лихорадочно соображал он. Тут он подумал о жене, ему стало жаль ее, ведь она, наверняка, сойдет с ума от любопытства. Открыв дверь, он прокричал на весь дом: - "Представь себе, нас ограбили!!!"

Снегоход заглох. Вскрыв его внутренности, Иозеф понял, что без инструмента он не сможет ничего сделать. К счастью, до шоссе было уже рукой подать. Около половвины шестого Зепп вышел на автотрассу. До рассвета еще далеко. Он уже подумывал встать на лыжи и добираться до места своим ходом, когда услышал отдаленный гул. Соображая с какой стороны приближается шум, Иозеф подозвал собаку: - "Ну что, пешеход, кажется нас все-таки подбросят".
Это был лесовоз. Молодой парень, с необыкновенно ясными для этого часа глазами, распахнул дверцу кабины: - "Надеюсь, вы люди добрые".
-"А ты, надеюсь, не контрабандист" - в том же духе подхватил Зепп.
Шофер был разговорчив, и Иозеф чувствовал себя не ловко, быстро исчерпав запас красноречия. Теперь он отвечал односложно и, по мере приближения к цели своего похода, становился все мрачней. Он обдумывал все, что произошло с ним за последнее время. Обдумывал без единой мысли. Переживал без малейшего волнения. Он вспомнил сон, который так напугал его тогда... За пять минут до того как он отправился грабить магазин. Все в этом сне было необычным, даже то, как Зепп заснул. Сначала, приятное покалывание прошлось по всему телу, затем, пол закружился под ним и наклонился куда-то вниз. Дыхание сперло и Зепп быстро покатился, переворачиваясь с боку на бок.
В следующий момент, он обнаружил себя лежащим на мокрой траве. Его упертые в землю локти, поддерживали голову. Не отрывая подбородка от кулаков, он спокойно оглядывался. Судя по всему, он находился на лесной лужайке, покрытой густым серым туманом. Впереди показался какой-то свет, который все больше прорывался сквозь влажную дымчатую простынь. "Солнце всходит" - подумал Иозеф и в этот момент услышал приглушенный грохот за спиной. Он вывернул шею, чтобы выяснить причину шума. Увиденное удивило его. По небу метался полумесяц. Он судорожно дергался из стороны в сторону, резко взмывая вверх и вновь обрываясь и падая. Полумесяц выглядел как дешевая театральная декорация, порученная пьяному монтеру. Зрелище было весьма забавно, но шея Зеппа затекла и он вынужден был отвернуться. Солнце уже поднялось до уровня его головы и безжалостно кололо своими лучами зепповы глаза. Вперед смотреть теперь было гораздо труднее, но зато и намного интереснее. Из позолоченной дымки выступали один за другим темные силуэты. Прищурив один глаз, Иозеф с любопытством разглядывал их. Постепенно он узнал всех кроме одного, стоящего в центре. Это были жители деревни. Все они были вооружены пиками и странно одеты. Здесь стояли и доктор, и Пауль, и Ласло с женой. Окружив человека, которого Зепп как ни старался не мог признать, они о чем-то спорили. Хотя голоса были знакомы и звучали довольно громко, Иозеф не понимал ни слова. Скоро ему надоело безучастно наблюдать эту сцену, он приподнялся, встал на ноги и, отряхиваясь, направился к толпе. Увидев его, все на секунду остолбенели, а незнакомец в центре стал совершать странные угловатые движения, вертясь как марионетка. Все, повинуясь жестам этого вертлявого человечка, забегали по лужайке, занимая места по ее окружности. Раздался пронзительный свист. Пикадоры замерли, а человечек вытянул левую руку в сторону, указывая на что-то. Иозеф проследил взглядом за направлением руки и увидел в глубине леса две сияющие точки. Чьи-то горящие глаза... Воздух вдруг наполнился смрадом и тяжеловесной тишиной. Из леса равномерными толчками вырывался пар. "Вот откуда этот серый туман... И это зловоние!" - догадался Иозеф, - "Но чего они хотят от меня? Меня сейчас вырвет... "Люди молча смотрели на него. Тут он почувствовал что-то вроде обиды, смутное ощущение какого-то обмана вместе с тошнотой теснило его брюхо. Зепп отвернулся и пошел прочь.
Довольно долго брел он по лесу, уныло свесив голову. Возможно, успев за это время перебраться в другой сон. Последнее, что он помнит, вышибло из него пот: он заблудился, оглянулся назад и замер в ужасе, глядя на отпечатки своих ног. На влажной почве, позади него, оставались следы здоровых когтистых лап.

С тех пор его преследовала эта тошнота. Тошнота в животе и все. Никаких сомнений, никаких вопросов. И еще этот запах, исходящий откуда-то изнутри... И ощущение сырости.
-"А ведь, мальчишка хотел водить именно такой грузовик".
-"Какой мальчишка?"
-"Что?.. А-а, это я так, о своем" - ответил изумленному водителю Зепп, вновь вернувшись в кабину грузовика.
Когда подъезжали к месту, уже почти рассвело. Увидев разнесенные в щепки деревья и этот, выдавленный в снегу, трафарет своего несчастья, Иозеф опять испытал невыносимый холодок под грудиной. Он чуть было не поддался искушению просто проехать дальше, промочать и проехать, промолчать пару сотен километров и выйти где придется.
-"Останови здесь, приятель"
-"Здесь? Но здесь же нет ни черта!"
-"Ошибаешься, дружище, именно черт-то где-то тут и есть".
Иозеф быстро выгрузился, поблагодарил парня и сошел на обочину.
-"Эй, а как ты собираешься обратно добираться?"
Зепп молчал, сам он об этом еще не задумывался.
-"Ты вот что, если к вечеру справишься со своими делами, подходи сюда же к пяти".
-"Спасибо... Я постараюсь..."

Инспектор был в растерянности. Он уже облазил весь магазинчик сверху донизу и, соблюдая все формальности, составил протокол, впервые не доверив это дело капралу. Cобрал "вещественные" и не очень доказательства, которые ровным счетом ничего не доказывали, допросил ничего не видевших "свидетелей" и теперь, не зная с какого конца взяться за это дело, расхаживал из угла в угол. Он оказался в незавидном положении школьника, которому предстоит сдать первый и, по всей видимости, последний экзамен в своей жизни. Единственный экзамен... Но какой! Окончательный и бесповоротный... Потом можно хоть тыщу лет проверять квитанции... Весь поселок наблюдает за ним и ждет...
-"Что у нас есть, капрал?"
Рыжий помощник пожал плечами:
-"Мы знаем, что он был один... И что он, очевидно, не разбирается в оружии... Он взял охотничий карабин, пять коробок разных патронов... Видимо, действовал наугад".
Его детективную тираду прервал телефонный звонок. Капрал сорвал трубку и уставился на начальника: - "Инспектор, у шоссе нашли брошенный снегоход"
В памяти новоиспеченного следователя всплыли ночные события. Он незамедлительно связал воедино ограбление и ночного гонщика, разбудившего его несколько часов назад. Дальнейшее расследование было делом техники...
Через пол часа, покинув дом Ласло, инспектор сказал капралу: - "Преступление раскрыто... Нет, здесь никогда не произойдет ничего стоящего!"
Он был глубоко разочарован. Теперь ему казалось, что он был готов блестяще сдать свой экзамен, но судьба, насмехаясь над ним, влепила ему тройку "автоматом".

Теперь, оказавшись в лесу, Зепп вдруг понял, что абсолютно не знает что делать дальше. Он не умеет охотится. "Нужно было прочесть какую-нибудь книженцию по охоте на лосей... или единорогов"
-думал он прислонившись к дереву. "Впрочем, как ловить моноцеросов я знаю, нужна юная девственница. Эти тупые рогатые твари почему-то сами так и лезут к ним в объятия... Но ими тут и не пахнет". - Размышляя об этом, Йоз обнаружил, что он прячется за деревом и ждет. "Вот глупость какая, так они к тебе и повалили целыми стадами, знай себе популивай из-за этой дурацкой ели" Вздохнув, он отхлебнул из фляжки и обратился к псу, ковырявшемуся в сугробе неподалеку: "Пойдем, неугомонный истребитель несуществующих животных, вся надежда на тебя!"
Псина была довольна этой таинственной и неожиданной вылазкой, его кровь кипела от лесной дури, шерсть дымилась, щенячье счастье и какая-то звериная хозяйственность переполняли его. Пес метался из стороны в сторону, облаивая каждый куст, каждое дерево. Зепп подозвал пса: - "Понимаешь, не надо шуметь, не надо орать на весь лес о том, как тебе здесь нравится. Мы тут инкогнито. Более того, я тебе замечу, мы пришли сюда кое-кого прикончить... Так что, тс-с-с..."

Они прибыли на место. Выйдя из машины, инспектор сразу обнаружил одинокую лыжню, прострочившую свежевыпавший снег. Вынув снаряжение из багажника, он стал не спеша собираться. Капрал высунулся из окна и в очередной раз предложил:
-"Может быть, все-таки вызовем вертолет?"
Инспектор на секунду задумался:
-"Да нет... Не стоит тут погоню устраивать. Разберемся по-свойски".
-"Но ведь он вооружен" - заметил помощник.
-"Я тоже" - отрезал инспектор и пошел по следу.

"Вот она эта высоковольтная линия... Надо просто идти вдоль нее" - Зепп стал спускаться с дерева. Через четыре часа лыжной прогулки, изрядно вымотавшись, он не придумал ничего интереснее, кроме как взять курс на избушку лесника. Это была поистенне спасительная идея. "Хорошо, что доктор подсказал мне, как найти этого старика. Хоть какая-то польза..."В самом деле, Иозеф уже просто валял дурака: кричал "АУ", катался с горок, швырял снежки в собаку, постоянно отхлебывая из фляжки. И все это как-то не совсем радостно...
Подойдя к дому егеря, он понял, что ожидал чего-то другого. Это была вовсе не избушка, а добротное двухэтажное строение из толстого бруса. Отыскав крыльцо, он постучал. Щурясь от солнечного света, дверь открыл старик.
-"Здравствуйте, не пустите ли погрется?" - спросил Иозеф, придерживая пса за гриву и отступив немного назад, чтобы старик мог его разглядеть.
-"Пожалуйста, только собаку и лыжи оставь тут". - Ответил тот.
-"Спасибо за гостеприимство" - Зеппу показалось странным, что они ведут себя так, как будто оба знали об этой встрече. "Совсем как два шпиона обменялись паролем" - подумал Зепп, заходя в сени.
-"Горячего чаю?"
-"Вы читаете мои мысли..."
-"Не зови меня "вы", мне так и хочется оглянутся. Я человек одинокий".
-"Не знаю, получится ли у меня обращаться к вам на "ты".
-"Ну, тогда зови меня дедушкой". - Ответил лесник, гремя чайником на кухне.
-"Вы так и живете тут один... дедушка?"
-"А с кем я должен жить?"
-"Ну, я не знаю, с женщиной, с женой..."
-"С женщиной? А разве они еще существуют?"
На мгновение Иозеф и сам засомневался. В самом деле, оглядывая дом старика, нельзя было отыскать никакого доказательства их присутствия. Сидя на лавке у стола, Зепп наслаждался теплом.
-"Скажите, дедушка, а здесь в округе есть еще какое-нибудь жилье?"
-"Вокруг на семдесят миль ничего нет. Кстати, не лучший день для лыжных прогулок, к вечеру погода сильно испортится".
Дед принес дымящиеся кружки с каким-то душистым напитком и кусок сладкого пирога.
-"Сами печете?" - задал Зепп глупый вопрос.
-"Сам пеку, сам ем..."
За перегородкой в соседней комнате раздался грохот. Поймав вопрошающий взгляд Зеппа, лесник объяснил:
-"Это Вирджина, моя корова"
-"Вы держите корову в доме? Можно полюбоваться?"
-"Отчего-ж нельзя, гляди-любуйся"
Иозеф поднялся из-за стола, подошел к двери и, взявшись за ручку, ощутил приятный запах коровника. Вирджина, вернее только ее голова (остальное терялось во тьме), смотрела на него осоловелыми глазами. Он потрепал ее шерсть между рогов и вернулся к столу. Старик уперся взглядом в кружку и молчал.
-"Ну что-ж, мне, пожалуй, пора"
Лесник не спорил, не говоря ни слова он поднялся. Они вышли на крыльцо. Пес радостно скакал под ногами Зеппа, мешая ему застегнуть крепления.
-"А вы случайно тут лося не встречали?" - спросил Зепп, надевая перчатки.
-"Нет. А почему ты спрашиваешь?"
-"А, что, разве я не похож на охотника?"
-"Нет... скорее на ШОФЕРА..."

Встреча с лесником разозлила его. Зепп шел по снегу громко хлопая своими широкими охотничими лыжами так, словно хотел выхлопать весь этот мир. Все вокруг казалось ему пыльным, старым, лживым и неестественным. "Какой скользкий тип... А еще живет как святой отшельник... Нет, он не отшельник, он - шельма! "Его вновь начало подташнивать. "И чай у него отвратительный"
Тут Иозеф обратил внимание на то, что у него в голове уже давно звучит дурацкая эстрадная песенка: "Вирджиния - девонька моя, Вирджиния - ты мечта моя... "Зепп старался от нее отделаться как мог. И вроде бы, ему это удалось, но бес вернулся и привел с собой еще злейших. Он мычал, подпрыгивал, бил палкой по ветвям, но это идиотское состояние не проходило: "Вирджиния - девонька моя, да ты-ж, мечта моя... Вирджиния... Верджин... Вирго... Дева, девственница... Похождения блудливых девственниц... И единороги... единороги, единороги... Единочлены, так вас перетак! Неужели все настолько фальшиво? Если так, то у них и ад-то поди-ка картонный, с намалеваным козлищем... А я сам? Да разве я похож на шофера? Поэт недоделанный. Уж лучше мне было бы быть сукой для моего пса! Так вас перетак! "Внезапно, Зепп остановился. Его взгляд затуманился. Глядя со стороны можно было подумать, что этот одинокий охотник вдруг потерял зрение. Он топтался на месте, пошатываясь и что-то бормоча себе под нос. Возможно, кому-то это показалось бы забавным, но тоько не псу. Никогда в своей собачей жизни, он не испытывал такого страха. Страха и беспомощности. Дальше - хуже: Зепп весь напрягся, вытянулся как жердь, заскрипел челюстями и издав какой-то боевой клич, бросился вперед. Через пару десятков метров он зарылся в снег с головой, но это его не остановило. Зепп продожал движение где-то под снежным покровом. Затем, он вновь появился на поверхности, и возобновил свой дикий, остервенелый бег.

Он все еще бежал. Его тошнило. Он упал. Его вырвало. Пес остановился неподалеку и озабоченно глядел на хозяина. Иозеф откинулся на спину, поднял ружье и выстрелил вверх: "Небо, иди домой, сука!" - злобно выкрикнул он. Перекатываясь по сугробам он глотал снег и, что было мочи, матерился. Ему было очень плохо. Когда он затих, пес подошел к нему и стал облизывать его разгоряченное лицо. Зепп ударил собаку, она отошла. Тогда он снова схватил ружье, сунул дуло в рот и сжал его челюстями так крепко, что раздался отвратительный хруст, хруст крошашихся зубов. Он дотянулся до курка и, не медля ни секунды, нажал на него... и еще раз. Карабин не был заряжен. Тогда он вырвал дуло изо рта, отлепив холодный метал от губ вместе с примерзшей к нему кожей. Его небо заполнилось кровью. Отплевываясь и мотая головой из стороны в сторону он поднялся и, уперевшись лбом в сосну замер. Что-то возвращалось к нему. Вместе со смутным ощущением ("Все это уже было... Как в лабиринте без выхода... И без входа... Без поворотов и тупиков... И без старичка-сторожа, который за монету выводит заплутавших, приставив лесенку к стене. Это чувство УЖЕ ВИДЕННОГО и УЖЕ ДЕЛАННОГО. Удивительное ощущение, как-будто заходишь в сортир в незнакомом городе, а там уже нацарапано: "Здесь был Зепп")
-"Прости меня, дружище" - сказал Иозеф вновь подошедшему к нему псу. Собака скулила.
-"Ну, прости меня, милый, прости пожалуйста"

Инспектор остановился и, держась за правый бок, старался выровнять свое дыхание. "Нужно поменьше пить пива" - решил он и вскарабкался на крыльцо. Не успел он поднять руку и постучать, как дверь отворилась. Старик выглядел удивленным: - "Ну, сегодня просто родительский день! Я как раз собирался..."
-"Он здесь?" - прервал его полицейский, все еще тяжело дыша.
-"Кто он?" с тревогой спросил лесник.
Инспектор достал удостоверение и описал ему Иозефа. Не взглянув на книжку, старик облегченно
выдохнул и предложил:
-"Может быть выпьете горячего?"
-"Вы не ответили на мой вопрос..." - конец фразы поглотил отдаленный звук выстрела.
-"Милях в трех отсюда" - заметил егерь.
-"С какой стороны был выстрел?" - инспектор рассеянно оглядывал лес, подступавший к дому лесника со всех сторон.
Старик указал ему направление и добавил:
-"Ступай по следу... Не ошибешься"

Внезапно он понял, что больше не ищет лося, он, вообще, ничего больше не ищет. Его глаза перестали цепляться за лесные тени, его дыхание стало ровным и спокойным. Он почувствовал, что намозолил левую ступню, что его трусы скатались в веревку и врезались ему между ног, что от постоянных прикладываний к фляжке у него изжога и что он безжалостно устал. Вообще он вдруг почувствовал себя. Он понял, что раньше он ощущал только страх. Теперь этого нет. Все-таки здесь он не зря. Более того, его присутствие здесь просто необходимо. Что-то он все-таки нашел, или что-то нашло его. Вся история неожиданным образом прояснилась для него. Прояснилась и улетучилась... Впрочем, более менее внятно объяснить ее другому Зепп врядли бы сумел...

Начинало темнеть. Капрал скучал и тревожился. "Остановить, что-ли, этот грузовик, от нечего делать?" - подумал он. На его удивление, лесовоз остановился сам.
-"Ваши права..." - не уверенно начал капрал, все еще сомневаясь махал он своим светящимся жезлом или нет, - "Вы никого не встречали по дороге?"
-"Да, вроде бы нет"
-"Тогда езжайте..."
-"Но я тут должен подобрать одного парня"
-"Какого парня?"
-"Ну, такой грустный тип с собакой, я его подвез сюда утром"
-"Не волнуйся, мы сами его подберем".

Инспектор припал на колено, чтобы обтереть снегом лицо. "Только без погони... Давай без лишнего адреналина... Дело житейское... Не надо увлекаться... Никакой пальбы... Никаких там "стой, а то буду стрелять" или чего-нибудь в этом роде... Не надо ничего этого... Не надо..." - уговаривал себя полицейский, чувствуя, что приближается к цели. Какой-то детский азарт все больше охватывал его.

Зепп стоял посреди лесной поляны, она удивительно напоминала ту, что он видел во сне. Конечно, теперь она была покрыта снегом. Его ладони онемели от холода. Он соскреб перчатки, сунул их за пазуху и, отыскав зажигалку в рюкзаке, применил испытанный метод. Опуская, поочередно руки в карман, он выпускал туда газ и затем, не вынимая руки, поджигал. После серии "карманных взрывов" он ощутил приятное покалывание в кончиках пальцев.
Благостная тишина окружила его, с каждым вздохом вливаясь в его грудь. Но эта тишь вокруг не была пустой. Где-то над лесом пролегала невидимая граница, тонкой пленкой отделявшая этот нечаянный уголок спокойствия от остальной суетливой и безмозглой вселенной. Зепп чувствовал себя в центре мыльного пузыря, который вот-вот лопнет под напором нетерпеливых детских ладошек. Он уже чуял этот момент, угадывал его приближение глядя на темнеющее от напряжения небо, улавливая
ускоренное биение тысяч зеленых сердец, со страхом ожидающих приход ветрянного костолома. Сейчас все это исчезнет, сбудется утреннее радиопредсказание. Буран унесет этот сказочный, тихий шатер, чтобы оставить его в другом месте, для другого человека. Но пока Иозеф здесь, и он дышит полной грудью, наполняя легкие этим тонким эфиром. Когда все вокруг взорвется, тишина найдет покой внутри Зеппа и уже останется там.

События дня разволновали старика. Где-то там, в лесу, носятся друг за другом его сегодняшние гости. Он ходит из угла в угол, перекладывает вещи с места на место. Тревожная тоска жмыкает его морщинистое дряхлое сердце. Давно с ним такого не было. Лесник выходит на крыльцо с лопатой для уборки снега и принимается чистить дорожки. Но ему не работается. То и дело его глаза застывают на линии лесного горизонта, выискивая там, в темноте, какое-нибудь крайне не желательное движение. Его уши в напряжении. Они ждут. "Чего вы ждете, глупые уши? "Наконец, старик отбрасывает лопату и замирает. Кругом - ни дуновения. Это пресловутое" затишье перед бурей. "А буря будет. Об этом сообщили старику его кости еще вчера ночью. "Ладно, надо задать корму скотине... Скотина-то здесь не причем" - бормочет лесник и идет к сеновалу. Падает в снег и хватается за бок, потому что слышит то, чего так опасался. Отдаленный выстрел... И еще один, когда старик уже на ногах. Он забыл куда шел.

Ему не нужно было оборачиваться, он узнал этот голос, разорванный попалам первым порывом ветра. Так и не успев надеть перчатки, он схватил палки и побежал, впрочем, без особой спешки. Голос за спиной не унимался. Но что за дело Иозефу до этого голоса. Какие-то запыхающиеся звуковые волны. Странным и забытым им способом эти колебания воздуха сообщали всему миру о том, что кто-то будет стрелять, кто-то очень устал и не намерен гнаться за кем-то, кто-то арестован за ограбление магазина и так далее. "Он выстрелил в воздух" - подумал Зепп, когда новая порция трескучих звуков нагнала его. "А где же мой приятель? Лишь бы он не вмешивался." И тут он увидел пса, несущегося ему на встречу, с рожей на которой было написано, что именно это он и намерен сделать. Зепп прыгнул, преграждая собаке путь, но кроме клочка шерсти ничего удержать не сумел. Теперь он обернулся, но из-за снега, залепившего ему глаза, ничего не увидел. Утершись, он приподнялся на локте и крикнул: "Ко мне, Чума! Назад! Назад!" Но "Чума" уже терзал плечо инспектора, опрокинув его на спину. Полицейский, вопя от боли, приставил дуло к лохматому боку и спустил курок...

-"Что ты делаешь?" - спросил инспектор, держась за окровавленное, разодранное плечо.
Зепп молча разматывал шарф на его шее.
-"Что ты делаешь?" - повторил он свой вопрос и застонал.
Иозеф не отвечал, он склонился над собакой и принялся перетягивать рану инспекторским шарфом.
-"Я не хотел ничего такого... Ты сам виноват..."
-"Знаю" - ответил Иозеф и вытряхнул содержимое своего рюкзака, освобождая место для собаки.
Инспектор осторожно поднялся на четвереньки, разыскивая свой пистолет, затерявшийся в снегу. Зепп, не обращая на него внимания, уложил пса в рюкзак и, прикрывшись рукой от ветра, грузно двинул в сторону леса, уже почти скрывшегося за стеной начинающегося бурана... Инспектор не останавливал Зеппа. Его плечо кровоточило и ныло, пронзительный ветер пробирал насквозь, но он не шевелился, словно окаменел. "Кто этот чужак? Я его не знаю..." Эти мысли застывали в голове полицейского вместе с его мозгами.

А там, на трассе, один среди снежного вихря, паниковал капрал. Его влажные отчаянные крики застывали на радио трубке замысловатыми узорами. "Где инспектор? Где вертолет, который я вызвал еще час назад? Где все? Где я? Где моя мамочка?... И почему я не задержал того лесовоза? Вдвоем сейчас было бы веселее..."
Вдруг, этот бред прервался загадочным посланием, прорвавшимся сквозь треск помех и вой ветра:
-"Э-Э,... Але?"
-"Але-але-але-але! Кто это!? Кто?" - капрал упал на колени и прямо-таки присосался к трубке.
-"Это я, Иозеф"
-"Иозеф?... А где инспектор?"
-"У меня за плечами..."
-"Как!? Что с ним?"
-"Ничего страшного, упал-ушибся, жить будет"
-".........."
-"Где ты, капрал?"
-"Я...я... я на трассе, на шоссе"
-"Ладно, жди... Надеюсь, дотащимся... Все, конец связи"

Copyright © 1998 Максим Федоссеев