Рамон Карнизов

КОНФАБУЛЯЦИЯ(*).


(*)Конфабуляция(мед) - рассказ о фантастических событиях,которые больному
представляются реальными и якобы действительно когда-то происходившими.

* * *

(Посвящается графине N)
"Я сном пробью дыру в стене
моих иллюзий..."
В начале июля.
Я сидел в автобусе и ехал в общежитие.Как жарко,а тут еще эта куртка:с
утра было прохладно.Народу было много,все усталые,потные,с работы.Оста-
новка.Она быстро поднимается на переднюю площадку,в руках пакеты,куртка.Я
сижу сбоку,вглубь салона ей протиснуться не удалось - потные спины стоя-
ли стеной.И вот тут она встретилась взглядом со мной,обычным социальным
взглядом,так смотрят на проезжающие мимо машины,с легкой тенью любопыт-
ства.
-Молодой человек,подержите пожалуйста пакет,-она протягивает мне пакет
и освободившейся рукой берется за поручень.Наверное я был так удивлен,что
девушка нерешительно добавила:"Можно?" Улыбаясь во весь рот повторил мож-
но-можно,вызвав легкую бесшабашную улыбку,на мгновение показавшуюся из
под маски.Дальше молча - семь жарких,неловких остановок,где я сидел,она
стояла сбоку,а между нами узкое окно в стене тел.Мы вышли на конечной(на-
верное тоже из общежития).Она накинула куртку,взяла пакет и поблагодари-
ла меня.Нам было по пути,но девушку видно не устраивала моя компания,и
она предложила такой темп ходьбы,что я либо обгонял ее,либо начинал от-
ставать,что со стороны выглядело довольно глупо.
-Вы в "тройку" идете,- спросил я в надежде продлить совместное времяп-
ровождение.
-Нет мне прямо.
-А мне направо,- мы как раз дошли до развилки.
-До свидания,- выдавила девушка,не сбавляя хода.
-До свидания,- я тоже не стал сбавлять хода,приняв условия странной иг-
ры с самим собой.Ну что ж начнем.
-Девушка,вы не сказали когда.
-Что когда?
-Когда будет свидание?
-Какое еще свидание?
-Ну вы же сами сказали "до свидания".
-Молодой человек,вам по моему направо.
-Да направо.
-Так что же вы не идете,- появились первые признаки удивления.
-Передумал,- жестко глаза в глаза с идиотской улыбкой во все лицо.Ты
пожимаешь плечами и идешь дальше.Перед входом в общежитие,останавли-
ваешься и говоришь,что нет смысла идти дальше:меня не пустят без пропуска.
-Меня проведете вы,- тут я сделал то,что поставило бы в тупик любого
здравомыслящего человека:делая шаг по направлению к девушке сделал
вид,что споткнулся и упал плашмя на землю,предварительно выпрямив ноги в
коленях,так что тело,ударившись о землю,слегка отпружинило вверх.Я лежал
головой вниз,закрыв глаза и напряженно слушал.Никаких вздохов и кри-
ков,небольшое промедление,ну наконец-то стук каблуков - она наклонилась
надо мной и прикоснувшись к плечу:
-Парень,с тобой все нормально,- не дышать,не подавать никаких призна-
ков жизни,пусть как следует испугается.Ты стала тормошить меня,твой го-
лос задрожал,и когда твои руки наконец осмелились перевернуть меня - кос-
нулся горячих щек,стоишь на коленях,волосы упали на руки,губы дрожат, ще-
ка покрылась испариной,касание углами губ,зрачки расширены - полная рас-
терянность и как внушение голос:
-Ты проведешь меня,- молчишь,медленно поворачивая голову из стороны в
сторону.
-Ты проведешь меня,- за шею сильно,скользнув сухими губами по рту,по
щеке,прижавшись к мочке уха,стыдливо прикрытой сбитой прядью волос,шепча
хрипло,выдохнуть:"Ты меня проведешь".Киваешь,медленно приходя в себя,вот
тебе рука - ну вставай же,пойдем.
-Это ко мне,-дальше,дальше не задерживайся здесь,низкий темный кори-
дор,лифт,щемящее чувство подъема,ключ,протискиваемся внутрь,замок,скорее
закрывай,медленно разворачиваю тебя - ты улыбаешься загадочно-очаро-
вательно.Легкий толчок разделяет многоликое темное "я" на полупрозрачные
фигуры,стремительно вырывающиеся из телесной оболочки.Множество разных
действий слились воедино,время расщепилось на несколько параллельных пу-
тей,независимых и переплетенных в один клубок,вместивший всю внутреннюю
музыку,все порванные скрипичные струны,весь страх...
...Ты улыбаешься загадочно-очаровательно.Отворачиваюсь и наклоняюсь к
сумке,ты стоишь за спиной и не подозреваешь ни-че-го,вот он - блестя-
щая,холодная сталь длиной семнадцать сантиметров,твердая рельефная ручка
и...поднимаясь,вкладывая в удар мощность выпрямляющегося тела,ты не успе-
ла даже испугаться - нож врезался в грудь,твои глаза широко раскрыты и
почему-то удивлены,а рука поднимается еще и еще пока улыбка не застывает
на губах,медленно сползаешь на пол,а вокруг кровь,везде.
...В то же время ты улыбаешься загадочно-очаровательно.Прижимаюсь к тебе
горячей,нежной,что-то шепчешь,дыхание прерывистое,холодный нос - ты еще
не знаешь какие у меня горячие руки.В ответ кусаешь мне губы,впиваешь иг-
лы возбужденных сосков сквозь тонкую ткань свитера в ладони,в глазах поч-
ти безумный блеск,вся дрожишь в предчувствии дикой пляски наших теней
на стене.
...В то же время ты улыбаешься загадочно-очаровательно.Мы танцуем ,мед-
ленно-медленно кружась по комнате.Без слов.Молча. Шторы задернуты,вокруг
полумрак.Здесь душно,откроем балкон - да,конечно.Медленно и легко,ноги
воздушно на цыпочках,наклоняясь к самым ресницам - твое тело безвольно
жмется ко мне,глаза полуприкрыты - тем лучше,уже на балконе - иллюзорный
танец,касаясь ограды.Ты спокойна,почти спишь,ближе,крепче обнимаю тебя и
падаю назад,переваливаясь через ограду туда,где свежий воздух,где в пят-
надцати метрах под нами только асфальт.
...В то же время ты улыбаешься загадочно-очаровательно.Приглашаешь к сто-
лу,кофе,булочки,разговор на отвлеченные темы - смеешься,показывая белые
зубы,достаю сигарету - кури,кури,открываешь форточку,садишься напротив и
хитро смотришь,прикрывая лицо чашкой кофе,улыбаюсь,сначала нормально,но
по мере растяжения паузы без слов,все шире растягиваю рот,пальцы ко
рту,зажженная сигарета летит вниз и с шипением врезается в руку,ви-
ляет желтым хвостом и скулит,наконец затихает,кожа,усыпанная пеплом смор-
щилась,боли нет,но руки предательски дрожат.
-Дурак,- ты подбегаешь ко мне и пытаешься ударить.Конечно же через се-
кунду сидишь у меня на коленях и тщетно пытаешься вырваться.
-Я клоун,милая,я шут,и мне дозволено играть словами,руками бледными
закрыть лицо и рассмешить дрожащими губами.Что ж ты молчишь,бела как мел
- мои ужимки не смешны? Ты хочешь боли - так смотри,меня прости,за все
прости.Ах не пугайся - это лишь игра,воображенья плод и ловкость рук к
тому же,я верю глубоко,что шут тебе сегодня очень нужен.Пойдем,- я схва-
тил тебя за руку и вывел на балкон.С высоты шестого этажа:пушистые,темные
верхушки деревьев,вдали город загорался первыми огнями.Обведя все рука-
ми,подвести тебя к ограде и ждать,ждать,пока твои глаза закроются и тог-
да шепнуть тихо-тихо,как будто бы это ветер - все вокруг твое,но ты не
одна наедине с этой бездной пустоты.Я здесь,но кто я,ты не знаешь,также
как и я не знаю,кто ты в другом мире,не скованном домом,семьей,полити-
кой,документами,жалким обыдлым существованием.Открываешь глаза,влажные
глаза со взглядом кошки на подоконнике,такие же удивленные,внима-
тельные,широко охватывающие мир,но в них еще что-то необъяснимое,прекрас-
ное.Ты просишь дать руку,сжимаешь ее хрупкими пальцами,прижимаешь к живо-
ту чуть ниже пупка.
-Чувствуешь? Ты должен чувствовать,только не думай,- вдохновенно скиды-
ваешь тапочки и становишься на ограду,держась за мою руку,ладонь на живо-
те,вокруг звезды,деревья и воздух.Ты,глаза в глаза,почти слезящиеся,от-
пускаешь милая,прекрасная руки,распускаешь волосы,чудом балансируешь,по-
рывы ветра качают тебя,твои темные волосы.
-Только твоя ладонь связывает меня с миром.Больше ничего.Я хочу ле-
тать,держи клоун,крепко держи,- ты отклоняешься назад,движение едва за-
метно,все как в замедленной съемке,расставив руки в стороны ладонями
вверх и запрокинув голову.Пальцы ног медленно отрываются от ограды.Ла-
донь,закрытые глаза,уходящее прикосновение,что-то стремительно-огненное
щекоткой по пальцам,электрической дугой в ладонь,вихрь бьет в ли-
цо,скользит по стеклу,падает вниз,взметая струйку пыли и затихает.Стано-
вится тихо...
-Мне пора.
-Пока,- ты встаешь и подходишь чуть ближе.Протягиваю руку,нерешительно
даешь свою,касаешься пальцев и отдергиваешь восхищенно-испуганно - какая
горячая.Ухожу молча,не закрывая дверь,бесшумно,другой дорогой,чтобы не
чувствовать спиной взгляд из окна,унося с собой малую частицу твоего
"я",сжимая в кулак обожженную ладонь.

10 июля.
Уже за час до стука в дверь руки мелко дрожали,цепляясь за череду бес-
полезных дел.Неловко.Пусто.Ноги вяло скользят из комнаты в комнату,пере-
мещая уставшее тело.Четыре года - не знаю узнал бы сейчас в толпе.Время
то сжималось,то растягивалось, подобно шарику для игры в йо-йо.Тело не
чувствует себя - нет привычного тонуса,одна усталость и возбужденность
лица...
Можно было и лучше,хотя улыбка также притягательна,непосредственна и
обворожительна.В одежде времен хиппи шестидесятых:широкие джинсы,лишь на-
мекающие на фигуру,короткая,невесомая майка,подчеркнутая неряшливость в
волосах,но не то,что ждал и помнил.Волнение спало.Результатом явилась
легкая грусть и некоторое разочарование:не та,что раньше.Не та,да но ведь
это естественно - его величество время.Горячие руки,к концу дня нас-
только,что приходится выходить в ночь и курить,сужая потоки информации.

12 июля.
Не успев привыкнуть,промелькнула,как скорый поезд,сцена вокзала,ти-
хий, сдавленный диалог , взгляды вдаль , затянутые паузы,легкая
неряшливость...Бросок внутрь железнобрюхого,что-то вроде поцелуя в щеч-
ку,что-то вроде пока,прочь,холодная вода струями по спине,моча волосы на
затылке,уйти в ночь,курить,смотря на шелест травы,большой симфонический
оркестр цикад,распахнутые светлые квадратики кирпичных домиков,а где-то
далеко...

16 июля.
-Молодой человек,ваш пропуск?
-У меня его нет.
-Тогда давайте документы.Вы к кому?
-Я не знаю ее фамилии.Вот вам паспорт,- молодой,усатый,в форме помор-
щился.
-Номер комнаты?
-Не знаю,на шестом этаже по моему третья справа,- надо идти,чувство
тревоги охватывало руки.
-Ладно иди.
Быстрее,как можно быстрее.Лифт? Занято.Бегом,вверх через ступеньки,че-
рез одну,через две.Шестой,направо,дверь чуть-чуть приоткрыта.
-Я очень,очень долго-долго ждала,мне стало скучно - глаза блестят,язык
заплетается,на столе наполовину высохшая бутылка водки,сажусь рядом с то-
бой,ты тяжело поднимаешь голову,бросаешься мне на грудь,обнимаю хруп-
кую,пьяную,в слезах и слышу тяжелый шепот - мне плохо.Несу,как малого ре-
бенка.Зажимаешь рот,корчась от спазмов,исторгаешь свою ненависть в чер-
ную дыру безмолвно-спокойного унитаза.
-Уйди,- цепляешься за стену,прижимаясь лбом к холодному кафелю.Молча
тебя в охапку - как ты ослабела,еле передвигаешь ноги,струя ледяной воды
- ты лежала бы под ней вечность.Вытираю полотенцем лицо,виновато улы-
баешься и просишь довести тебя до кровати,раздеваешься,едва не теряя рав-
новесие,почти обнаженная ныряешь в холодную постель.
-Посиди со мной пожалуйста,- голос хриплый,но вместе с тем такой неж-
ный.Сажусь на самый край,и ты пользуешься этим,перекладывая голову с мяг-
кой подушки на твердые колени,лишь подложив ладони - засыпаешь сразу.Опи-
раюсь о спинку,достаю сигареты,похожа во сне на ребенка,пальцами вдоль
длинных,разметавшихся густых волос.Дым превращаясь в облака,медленно от-
даляется от нас,растворяясь где-то у занавесок,клубясь в косых лучах сол-
нечного света,скользя по стенам.Ты таешь на глазах,становишься
тоньше,меньше,пока наконец совсем не исчезаешь вместе с моей левой
рукой...

28 июля.
Проснулся в пять.Сердце бешено колотится,с трудом успокоился,руки вспо-
тели.Это даже не тревога,а уверенность,холодная уверенность - с тобой
что-то случилось,что-то неопределенное.Что? Мозг похож на сваренное
яйцо.Солнце играет с тяжелой головой то появляясь,то прячась от устав-
ших,заспанных глаз,ждать,ждать своего часа,придет,когда - не знаю,но при-
дет точно."Все проходит"(Соломон).

2 августа.
Ждал утром рано,а приехала поздно.Детская внешность,взрослый взгляд,до-
рожная усталость в глазах.Попытки развеселить,но почему грустна,почему не
здесь,а где-то далеко.

3-5 августа.
Попытки поговорить,но разные интересы,совместимые лишь в нескольких
неприметных точках лишают всякой надежды.Остаются сотни молчаливых сцена-
риев,пустых листов трагедий - закруженных ветром осенних буро-грязных вы-
мокших листьев.Глаза,щурящиеся от направленного света лампы,создают пе-
ред собой радужную оболочку,наполняют энергией тело,напряженное,подобно
натянутой струне.Тысячи световых зайчиков от этой безысходности и предре-
шенности - ты почему такой грустный? Во двор,в темноту,видеть глаза,при-
ходить поздно и лежать на полу,распутывая очередной клубок молчаливых
сценариев.

6 августа.
Первые неумелые попытки раскрыться.Наши взгляды на жизнь,рассказы о
прошлом - сумбурно и непоследовательно.Тебя это немного развлекло,но не
больше,хотя тот другой далеко...
Ты никогда не задавала себе вопрос:"кто ты?" Нет,не имя,не положение в
обществе,а кто ТЫ ? В детстве,почти каждый день,перед сном закрывая гла-
за,задавал себе этот вопрос.Если спрашивать себя много раз подряд,то на-
чинает казаться,что ты это не ты,а кто-то другой,отстраненный от все-
го,находящийся где-то вдали.Позже в ответ на этот вопрос я засыпал,а сей-
час даже не решаюсь задать его.Может быть задать его тебе,спросить те-
бя,все это время глядя в глаза и сдерживая дрожь пальцев,увидеть удивлен-
но поднятые брови,затем игривые ямочки на щеках,улыбку и встречный воп-
рос из другой области или посерьезнев,задумчиво водя пальцем по столу от-
ветишь да или нет - какая в общем разница.Не стоит обольщаться,просто те-
бе было очень скучно,а в результате только устала от ходьбы.

7 августа.
Не настаивал,не просил,а лишь направлял твой поток слов.Подобно серфин-
гисту,ловящему волну,плыл в твоих воспоминаниях,мыслях и чувствах,легко
меняя направление движения.Твои ограничители,замки,засовы не сработали -
ты их забыла в комнате около телефона,ты была собой.
-А мне направо,- мы как раз дошли до развилки.
-До свидания,- выдавила девушка,не сбавляя хода,и вдруг неожиданно
споткнулась.Не успеваю удержать от падения,но все же замедляю его,ты
скользишь по ладоням и едва-едва коснувшись земли оказываешься в них
внутри вся.Трепещешь испуганная,краснеешь,говоришь отпусти,но плохо слы-
шу и почти бегу вперед.Пробегающие мимо деревья и фонарные столбы обора-
чиваются,укоризненно кивая головами,молча смотря вслед.Толкаешь руками в
грудь,но чувствую несильно,не желая причинить боль.
Что-то говоришь,настойчиво заглядывая в глаза,начинаю разбирать слова
- что-то про каблук.Какой еще каблук,смеешься от души,буквально
заходишься смехом.Сломанный каблук остался там,там на месте крушения
твоих туфель кажется тридцать восьмого размера.Постой здесь,безумец,ну и
что ж.Иду назад,беру в ладонь теплый твердый комок резины,беззащитный,
просящий о помощи прохожих,похожий на отрезанный кусок плоти.Назад,тебя
нет.Злобные ухмылки фонарных столбов,заросших до пояса зеленой листвой,и
вдруг руки сзади,мягкие,теплые в листьях закрывают глаза,разрушают волны
электрическосолнечного света,становится темно и спокойно.Появляешься ты -
босиком(не вижу,но чувствую,как босые ноги касаются брюк,становятся на
носки туфель).Убираешь ладони - да будет свет.Черные,искрящиеся све-
том,блестящие зрачки:
-Я клоун ночи.
-Я царица тьмы,- танцуешь под музыку,доносящуюся из окна неподале-
ку.Проходящие мимо звери недобро кривятся.
-Нам надо остаться одним,здесь слишком много посторонних предметов:лю-
ди,деревья,дома.Они мешают сосредоточиться на танце.
-Пойдем,тянешь за руку и вдруг стремительно убегаешь вперед.Куда? За-
чем? Каким будет мой танец? Что-то внутри толкает вперед.Бежать лег-
ко и приятно,рассекая прохладный вечерний воздух.Равняюсь с тобой,бежим
вместе совсем недолго,останавливаясь в твоей комнате.Музыка,нет не музы-
ка,а вводящий в транс ритм.Мы заходимся в быстром конвульсивном тан-
це,лишь отблески теней на стенах,как два безумца в эпилептическом припад-
ке.На кончиках пальчиков ног,время от времени переплетаясь,словно де-
ревья,прижимающиеся друг к другу под напором ветра,сплетаясь ветвями,об-
дирая кору,протыкая сучьями зеленые листья,плача березовым соком,падая
вниз,утирая пот с лиц.Упал первым,упал больно,задев ножку стула,разбив
нос.Ты,пошатываясь от усталости,подходишь и ложишься рядом.Руки проводят
по лицу и встречают липкие струйки такой красной подвижной,хитрой жидкос-
ти.Горячий,влажный язык,почти выключая осознание окружающих предме-
тов,слизывает кровь.Сон или что-то первобыт-
ное,что-то оттуда из глубины.
-Ты,что испугался,- улыбаешься,а губы-то в крови.Вампир?
-Я боюсь пустоты,- положа руку на сердце,тебе,на обнаженное сердце.
-Следи за всем,что попадает в твои вены извне.Это могут быть стеклянно-
металлические предметы с длинным,острым рылом,которые норовят впиться в
мягкую,безвольную плоть и раздавить ее силой галлюцинаций,- шеп-
чешь,смеясь и наклоняясь,тихо в ухо,снова смеясь.
-Иногда вокруг бывает так пусто,что становится трудно дышать.Пустота
везде.Нет ничего,что могло бы хоть на секунду заинтересовать.Все пожи-
рает пустота.Она,словно огромный невидимый паук,окутала меня и комна-
ту,сковав руки,ноги,одежду,мебель чрезвычайно прочной паутиной.И вот пос-
ле обеда,как жирная муха,сыто-тупо болтаюсь в ее сетях,наполненный до
глазных впадин единственным желанием - напиться до коматозного
состояния,- твои теплые пальцы ложатся на губы.
-Я взорву пустоту своим атомным сердцем,и ее серые клочья окаменеют на
стенах и стеклах причудливыми узорами летящих на юг журавлей,- руки с го-
лубыми нитками вен танцуют на груди,расписываясь на коже тонкими следами
почтилезвийных разрезов.
-Вижу снег.Снег вкуса сухого вина на замерзших губах отпечатком теп-
ла.Стынут руки и тянется внутрь голова,пытаясь уснуть...Снег.Снег вез-
де,на руках,на земле и во мне.И скользят капли сердца по мерзлой траве,и
глаза видят свет в темноте.
-И глаза видят свет в темноте,- повторяешь шепотом,закрывая глаза и за-
сыпая,прижав пальцы (мои или свои,чьи?) к своим губам.

8 августа.
Еще одно подтверждение,что вчера тебе было нечего делать,а сегодня ин-
тересный фильм и предпочтение отдано ему,хотя кофе,крепкий черный ко-
фе,после которого во рту остается терпкий привкус.Пришлось идти в ночь,
невозможность понять,осознать(ты никогда таким не был).Вернулся поздно - все
спят,голубой экран,фильм,плохая контрастность.Вдруг ты - не могу зас-
нуть,все этот кофе.Садись ближе,нет мне здесь хорошо видно(великолепное
чувство дистанции - такому бы позавидовал любой боксер).Но пробыв на рин-
ге пару раундов,ты ушла не нанеся ни одного удара,победив соперника. Глу-
пые предположения - ты просто не могла заснуть.

9 августа.
Завтра финал.Чувсвую как уходит время,как сквозь пальцы сочатся секун-
ды,сливающиеся в минуты,минуты в часы,часы в...Спровоцировал тебя на ка-
сание рук:ладонь в ладонь,твоя сверху.Пальцы на мгновение метнулись вверх
и как крюками переплели твои,улыбка,замок,две улыбки,засов,отвел руку,ты
наигранно весела и возбуждена - ищешь развлечений? Общение было более
глубоким,возможно не осознавая этого - к месту паузы,замечания.

10 августа.
Стараешься поднять дух.Но что за чувство - как будто где-то внутри смы-
чок скрипки ласкает обнаженные нервы.Ты рядом,но в то же время уже дале-
ко,уже вдали,но иногда еще смотришь назад,стоя на пыльной,длинной доро-
ге,будто бы приглядываешься,стараясь проникнуть вглубь,но в ответ улы-
баюсь,улыбаюсь,улыбаюсь...А скрипка внутри завелась на полную катушку,ее
уже не остановить,ее не остановишь даже ты.Долгие,потножаркие часы ожида-
ния,прощание быстрое и ни к чему не обязывающее,вечером утонуть в винных
парах,истинно пьяное состояние духа - звезды так прекрасны,и ноги тяже-
лы,что хочется спать под открытым небом,но действительность возвращается
рассекающим воздух бумерангом - прощай,и все волнение прошедшего дня лег-
кой струей вырывается наружу - почти сразу трезв.К скрипке присоединился
большой барабан,время от времени бьющий себя в грудь,кричащий что-то
странное.

Остальной август.
Внешне невозмутим и угрюм,оркестр внутри заставляет брать в руки бума-
гу и писать,вспоминать,комкать и рвать листы сценариев тишины,сотен сце-
нариев тишины,разбитых твоими тонкими руками с голубыми прожилками вен.

28 октября.
После фразы,услышанной на пороге,стало странно пусто.Удивление,игра на
публику.Вначале недели потерял крест,сегодня он нашелся - знамение?
Да.Другой подарю тебе,отказываешь и сама вешаешь мне на шею.Мои листы из
твоего блокнота.Это правда? Да,но что правда? Это не стихи,это ноты для
скрипки и барабана.Прошу тебя не играй их - все слишком неожиданно.Ты в
раздумье,не получив ни да,ни нет.Вечером,лежа на полу ощущать себя му-
равьем в муравейнике,не спать,но черный кофе сегодня не входил в твой ра-
цион - бесполезно.

29 октября.
Еще вчера узнал,что сегодня - последний день.Пыталась наладить контакт,
недолго смотрела на неуклюже свернутое в спячке тело.Удивление,жалость
,но гордость.Вечером - игра,поставь мне пожалуйста мою любимую мелодию.
Которую? Ну ту,из того фильма.Пора и трудно оторваться,смотришь
испытующе загадочно,пытаешься проникнуть в мои мысли - неловкость.
Сборы,пытаешься отвлечь себя приготовлениями:долго в ванне,долго перед
зеркалом,дольше,чем было нужно тебе,хотя...Черный вечер,сырой и
острый.Воздух утыкан бритвенными лезвиями,впивающимися в губы.Стиснутые
донельзя зубы. Ты наигранно весела,не могу играть в такт,взгляд обращен
вдаль - там скоро появится железнобрюхий,гудящий зверь.
Танцуешь,улыбаешься,не надо играть со мной,не надо.Ненужные
вопросы,ненужные ответы - только сейчас понимаешь,как они глупы. И вот
движение - свистит,сладко урча,железное чудовище.Ты уже там,мгновение
слияния рук в одно,а проводница щебечет и щебечет - да заткнись ты,дура -
все,но зверь издевается,фырча и отплевываясь,он медлит,наслаждаясь
обладанием драгоценной ноши,наслаждаясь моим полным поражением,моей
болью.Медленно-медленно закрываются двери - тень машет мне рукой,бежит к
окну и оставляет на стекле размазанный поцелуй, мутноватым
пятном,врезавшийся в память.Прочь,прочь с места битвы,закрыться у себя и
утонуть в кофе,черном кофе,который ты не любишь пить на ночь.

36 октября.
-Хочешь,я тебя нарисую,клоун.
-Рисуй,только недолго,- ты распускаешь волосы и медленно подходишь к
мольберту.Секунду смотришь в окно,слегка прикрыв глаза,и вдруг резко сни-
маешь с себя тонкую рубашку и растягиваешь ее поверх холста.В туманном
утреннем свете твои обнаженные ноги,выглядывающие из под мольберта,кажут-
ся совсем худыми,время от времени они переступают,поджимая пальцы.
-Тебе холодно?
-Прошу тебя,не двигайся,- не вижу твое лицо,но чувствую,что улы-
баешься.Что-то упало на пол,что-то тяжелое,металлическое и блестящее.Ты
вся в работе - даже не повернула головы.На ограде балкона,за окном сидят
птицы,а на их перьях туман неправильными пятнами,словно пролитое на пол
молоко.Ты судорожно хватаешься рукой за мольберт,ноги дрожат.Иду к те-
бе,несмотря на почти стон - не двигайся,падаешь,что это? Твоя рука ниже
локтя вся в крови,на запястье резаная рана,на полу блестящее лезвие но-
жа,а ты улыбаешься,губы бледные,и гипнотизируешь влажными глазами.Судо-
рожно отрываю край рисунка и перевязываю кисть,но кровь проступает сквозь
повязку,яркокрасная до тошноты,ты и так уже слишком бледная.Сильно сжимаю
худенькое плечо,никакой реакции,ты смотришь не в глаза,ты смотришь сквозь
них,внутрь меня,в зрачках отражаются лишь удивленные,испачканные в моло-
ке птицы.Касаюсь губ,они холодны,но успевают увлажнить пальцы,закрываешь
глаза в приступе слабости.Поднимаю тебя,ты так легка,и несу к крова-
ти,проходя мимо своего портрета,написанного кровью на тонкой ткани ноч-
ной рубашки.Ты вся дрожишь,тебе холодно и пытаясь согреться прижимаешься
насколько хватает сил,насколько позволяет боль - красная повязка лениво
ползает по моей спине.Птицы каким-то образом проникли в комнату,с их
крыльев молоко падает на пол,на мольберт,придавая бледность лицу на пор-
трете.
-Клоун.
-Да.
-Почему так темно вокруг.Почему...,- слабый морской ветер,прерывистое
дыхание,зубы удлинненные,белые и острые.
-Возьми мою кровь,- а в ответ почти неслышное "нет".-Да...
Шея закрывает твои губы.Секунду поколебавшись клыки легко,все как во
сне,кусают яблоко,добывая маленькую теплую струйку,от которой становится
воздушно легко и слабость разливается по конечностям,словно теплое моло-
ко с медом.И мы оба тонем в этом молоке,пролитом с крыльев улетающих
птиц,стряхивающих вниз наши причудливые сновидения.

Поздняя осень.
За окном уже час шел дождь.Его кровь причудливо растекалась по стек-
лу,собиралась в ручейки на подоконнике и пулеметной очередью била
вниз.Приятно было сидеть в темной комнате с черно-бордовыми занавесками и
пропускать в мозг различные философские мысли,характерные для такой пого-
ды.Эти "гениальные" размышления,как правило сопровождающиеся остекленев-
шим взглядом в стену,беспардонно прервал соседский кот,царапающий
дверь,Уверен,что первым делом котяра с хозяйственным видом устремится на
кухню в смутной надежде что-нибудь спереть,но не найдя там ничего съедоб-
ного,разочарованно разложит свое худое тело,покрытое длинной,местами об-
лезлой шерстью,на старенький диван.Сначала он будет недовольно вор-
чать,но через пару минут придвинется ко мне и довольно заурчит,найдя теп-
ло и покой.Странно,но шорох как-то слишком быстро прекратился,наверное
кот вконец обленился.Вставать с теплого насиженного места было ох как
трудно,но так хотелось погладить хитрый,теплый клубок шерсти.Открыв
дверь,едва-едва не столкнулся с мокрой фигурой,закутанной в черное,от-
чаянно пытающейся попасть под узкий выступ нависающей крыши.Она огляну-
лась:черная фигура оказалась девушкой с лицом,полным дождя и вздрагиваю-
щими,посиневшими губами.Ее глаза умоляли одного:тепла,но губы сказали другие
слова:
-Извините,я наверное задела вашу дверь.Только ослабнет дождь,и я
пойду,- видя мое замешательство,она пробормотала что-то типа.-Вот он уже
и не такой сильный.
Мысленно оценив силу воли этой слабой на вид девушки,затащил ее внут-
рь,прервав в самом зарождении движение назад,под потоки крови.Она не соп-
ротивлялась.Ее промерзшее тело не было способно сопротивляться теп-
лу.Внутри все утонуло в теплосладкой патоке щемящей нежности.Моя рука все
еще сжимала худенькое вздрагивающее плечо девушки.Откуда-то извне - горя-
чая вода,огромная ванна с мыльной пеной,краснораспаренная кожа,слипшиеся
в клубок волосы.Все еще находясь в оцепенении нежности,как бы со стороны
услышал свой хриплый голос.
- Я сейчас поставлю чай и подыщу вам что-нибудь из одежды - вы вся
промокли.
Минут через пятнадцать мы уже сидели в маленькой,тускло освещенной ком-
нате и пили чай.Теперь при свете лампы ее можно было разглядеть как сле-
дует.У нее было красивое лицо,обрамленное черными,в сухом виде предпола-
галось волнистыми волосами.Черные глаза выглядели непропорционально
большими на бледном лице девушки.В зависимости от игры тени и света они
придавали неоднозначное выражение лицу,меняющееся от озорной детской фи-
зиономии до мрачной темной маски.Она было чем-то напугана или раздосадо-
вана и пребывала в мечтательной отрешенности.Разговор никак не клеился,и
мы то и дело неловко встречались глазами и поспешно отводили взгляд в ок-
но.На все мои вопросы и попытки завязать разговор,она отвечала уклончиво
и загадочно,пытаясь сразу же оборвать еще не родившийся разговор быстрым
глотком чая.
-Вы живете в этом городе? - почему я задал это нелепый вопрос?
-Нет.
-Значит в гости.
-Да.
-А откуда,если не секрет.
-Издалека,вы там не были.
-А может и был.Откуда вам знать.
-Да нет же,точно вы там не могли быть,- настаивала она.
Рука стала нервно постукивать чайной ложкой о стенки чашки.Дождь усили-
вался и угасал с закономерностью синусоиды,словно издеваясь над теми,кто
стоял в чужих подъездах и ждал конца небесного кровотечения.
-Совсем забыл.Как вас зовут,незнакомка?
-Я вам позже скажу.
-Значит сегодня гости подождут?
-Да.
Еще одна загадка.Все покрыто сплошной сетью тайн.Почему? Легкое напря-
жение повисло в воздухе.Чувствуя это,она разряжает сложившуюся завесу не-
понимания мягкой фразой.
-Я очень смешно выгляжу в вашем свитере.Он слишком велик для меня.
-Главное,что он теплый.Быстрее согреетесь,- как можно мягче ответить и
принять условия игры.Вновь наступившую неловкость молчания органично
прервал звонок телефона.
-Привет.
Что-то голова шалит.Легкий приступ головокружения.Вот так рукой за
стол.Уже лучше.
-Привет,- такое впечатление,что это не мой голос.Этот был слишком хрип-
лым и глухим.
-Ты что,не узнал меня.
Не узнать тебя.Да ты вообще могла ничего не говорить,я бы тебя узнал по
манере молчания.
-Что ты молчишь?
-Тебя слушаю.
-Странный ты.
-Мертвый.
-Что?
-Ничего,тебе послышалось.
(Пауза.Липкая пауза неловкости.)
-Как дела на работе?
(Так,вопросы на исходе.)
-Нормально.У меня воообще все нормально,все всегда нормально.Ни пло-
хо,ни хорошо,а нор-маль-но.
(Срыв,какой непростительный срыв.)
-Извини,я немного не в себе.
-И часто ты так.
-Четыре года,- скажет ей что нибудь эта цифра.
Молчание.Она даже не спросила свое обычное - ты что шутишь? Мой резони-
рующий голос не допускал юмора...
...Она сидела на маленьком старом диване,подтянув колени к груди и обхва-
тив их руками,смотрела в окно на адское смешение флейты(ветра,бегущего по
трубам) и барабанной дроби дождя.Интересно,если я сейчас сяду рядом на
диван,она придвинется ближе и замурлычет? Казалось,что эта фигура неотде-
лима от дивана.Что-то кольнуло внутри,и неприятный холодок пополз вверх
по спине.Чувство чего-то фатально-неотвратимого охватило меня.Все ощуще-
ния сконцентрировались в этой комнате,в этой девушке,в этом окне,в этом
дожде.ОНА ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ СМОТРЕЛА НА МЕНЯ.
-У тебя очень уютно,- ее голос в конце фразы слегка задрожал.Смотреть в
черные глаза и проваливаться в их бездонную пустоту,надо сесть и что-то
ответить.Мысли беспорядочно крутились в сатанинской пляске.Я тебя уз-
нал.Ты...ты много лет назад...В голове сухо щелкнул выстрел.Стены поплы-
ли по кругу,цвета на мгновение приобрели зеленоватый оттенок.Этого не мо-
жет быть.Тут что-то не то,что-то не так.Надо что-то ответить.Что? Не знаю
и не хочу знать,не хочу притворяться.Удар.Нога едва заметно дерну-
лась.Бум,бум - в мозг впечатывались удары.Барабанная дробь становилась
невыносимой.Кто ты? Надо найти ручку громкости.Руки стрелой метнулись к
ушам и наткнулись на липкие ручейки крови.Моей крови? Ноги стали дви-
гаться сначала медленно,но затем по мере нарастания ритма все быстрее и
быстрее,разгоняясь с поистине чудовищным ускорением.Все тело двигалось в
унисон с каким-то сошедшим с ума паровым двигателем.Удар.Удар.Удар.Пос-
ледний ощутил уже в полете собственного тела,даже правильнее сказать это
был не полет,а скорее вращение головы с туловищем вокруг закрепленных на
земле носков ног,остановившихся на мгновение,чтобы затем проворачиваясь
вперед придать падению сокрушительную мощь ломающихся костей.Это были ру-
ки.До удара это еще были руки.Теперь они покрылись сетью трещин и не слу-
шались мозга.Попробовал было орать на них,но во рту мешалось что-то соле-
ное и остротвердое - наверное сломал нос(при ударе там что-то хрустнуло с
хлюпающим звуком,как если бы со всей силы ударить по куриному яйцу,лежа-
щему на твердой поверхности).Нужен был глоток воздуха.Инстинктивно подтя-
нув колени к лицу(вернее к тому,что от него осталось),пытался узнать,но -
боль:раскаленная игла вошла в промежность и вышла из темени,пройдя тран-
зитом через вереницу внутренних органов.Желудок,не выдержав,спазматичес-
ки высказался в окружающее пространство.Воздух устремился внутрь подобно
бензиновой смеси в поршня двигателя.Красная пелена на глазах стала тем-
неть пока не превратилась в абсолютно черную завесу.И тогда время остано-
вилось...
...Чьи-то мягкие руки нервно били меня по лицу.В голове звенели ма-
ленькие колокольчики,миниатюрные молоточки били по наковальням,работали
прессы и буровые установки.Открыл глаза:туман медленно рассеялся и осы-
пался золотыми блестками по ее встревоженному лицу.
-Что с тобой случилось? Ты целую минуту был без сознания.Я уж думала не
сумею тебя разбудить.Твое время еще не пришло.
Поток слов долетал как бы издалека,так доносятся слова человека,стояще-
го на другом берегу небольшой реки во время порывистого ветра.Приподняв-
шись на локте взглянул в окно:дождь почти прекратился(на этот раз не ре-
шился посмотреть ей в глаза).Стоп.Опять здесь что-то не так.Особенно про
пришедшее мое время .
-Это наверное давление,у меня в такую погоду сильно болит голова,-
пришлось соврать,зато теперь есть время подумать.Не стоит задавать этот
вопрос сейчас в упор:она опять закроется в скорлупу тайн и загадок.Ощу-
пал лицо,нос был в порядке.Значит это был сон,но со мной раньше такого не
было.Никогда не было такого.Никогда не было даже ничего похожего на
то,что случилось со мной сейчас.Надо покурить,это успокоит кровь.Это ос-
тановит удары молоточков по наковальням.
Затянулся жадно и глубоко.Дым окутал ее лицо молочноснежным тума-
ном,сквозь который светило солнце тлеющей сигареты.Раздуваемый мехами
легких,дым вырывался из горла с пронзительным свистом вскипевшего чайни-
ка.Плотным (что-то уж слишком плотным) облаком он приближался к девуш-
ке.Она только беспомощно глядела на меня.Дым,как ласковый игривый коте-
нок,играл с ней,то бросаясь вверх,то скользя по шее.Теперь он вырывался
из легких,обжигая горло,с мерным шумом кипящего чайника.Солнце в моих ру-
ках погасло,а дым все лился,подобно бурлящему горному потоку.Она пыталась
вырваться из белого потока бесполезно маша руками вокруг себя.Внезап-
но,на моих глазах,дым вокруг ее шеи материализовался в серую змею с крас-
ным раздвоенным языком и мордой,покрытой сетью мелких черных глаз-пупыры-
шек.Крича от отвращения,девушка впилась когтями в гада(когтями?),но тот
словно издеваясь над ней,затягивал кольцо все туже и туже.Моя левая рука
автоматически выбросилась вперед и обхватила приплюснутую голову змеи.В
белых клубах дыма кисть руки казалась металлической конечностью.Теперь
слепить пальцы в единое целое,сжать кисть в кулак.Голова гада затрещала
под стальными фалангами трубообразных пальцев.Усилить напряжение и по хо-
лодной блестящей стали потекли струйки черной крови.Глаза стали лопаться
с сухим треском жареной кукурузы.Пальцы должны коснуться ладони.Теперь
оставались только твердые костяные части головы.Сталь пальцев зазмеилась
трещинами,из ладони вырвался сноп искр.Девушка скинула с себя змеиную
плоть,безвольно повисшую на шее подобно толстому вязаному шарфу,и отсту-
пила назад,прикрывая рукой рот,скривившийся в гримасе ужаса.Дикий вопль
вырвался из вибрирующей части головы и пальцы коснулись ладони на крат-
кое мгновение и рассыпались стальными обломками трубок и шарнирами суста-
вов.Туман рассеялся также быстро,как и сгустился.
-Что ты делаешь? Ты чуть меня не задушил,- в двух шагах от меня она
держалась за горло.Ее глаза испуганно бегали по моему лицу.
-Открой окно,я что-то себя плохо чувствую.Очень плохо чувствую СЕБЯ.
Тонкие руки,нежные пальцы не могли открыть щеколду(наверное присохла
краска).Бум.Бум.Бум.Опять.Нет только не это.Все что угодно,но не надо на-
чинать сначала.Хрип вырвался изо рта и понесся стрелой к окну.Воз-
дух.Схватив посиневшими руками девушку за плечи(не решаясь взглянуть в
болото черных глаз),резко толкнул ее на пол,и нога вобрав в себя стреми-
тельность толчка,прошла сквозь толщу оконного стекла,как морковь через
мясорубку,но боли не было,потому что стекла не стало:кровь дождя свобод-
но стекала внутрь и животворила все на своем пути.(Ну подставляй же ско-
рее ведро,из надреза внутри течет березовый сок,из надреза внутри выте-
кают ручьи.Бери их - они твои).Она сидела на корточках и держалась за
ушибленную при падении руку.Как же я мог причинить тебе боль.Идиот,пол-
ный темных подсознательных мазохистских комплексов.Сейчас исцелю тебя от
темной злобы своей.
-Испей крови дождя и будешь заново рожденной,способной взлететь как
птица ввысь,- бессмысленно улыбался и пригоршнями кидал игольчато-холод-
ную,прозрачную воду в черную фигуру на шершавом холсте деревянного по-
ла.Но где же танец радости в ее глазах.В них лишь укор и страх(за ме-
ня?),но все в порядке,лишь голова и руки в крови дождя христовых слез.Как
мне взглянуть ей в глаза без боли,страха,без припадков слабости моей
скорби,без видений,плавновытекающих из галлюциногенных препаратов в раз-
дутых,выступающих выпуклым рисунком на поверхности кожи,венах.Волна тер-
пкого,влажносвежего воздуха бесшабашно ворвалась в комнату,скользнув по
небритости щек,она разгульно прошелестела дальше и принялась опьяненно
заигрывать с черными волнистыми локонами,приведя их в совершенный беспо-
рядок.Она улыбалась медленно и грустно.Идиллия улыбающихся глаз продолжа-
лась одно мгновение:печаль ушла,но улыбка осталась жить отдельно от став-
ших равнодушными черных глаз:уголки рта все также тянулись вверх,на ще-
ках переливались игривые ямочки,лицо разделилось как бы на две части:вер-
хнюю надменно-равнодушную и нижнюю по детски веселую.Обрывки чьих-то пи-
сем за разбитым окном шепотом по асфальту,утоптанному тысячами ног.Обрыв-
ки осколков чьего-то эфемерно-мимолетного счастья.Радужные пятна на лужах.
-Расскажи что-нибудь смешное,- вырвалось у меня.
-Хорошо,дай мне сигарету.
Она глубоко затянулась,сощурив глаза и улыбаясь,как чеширский кот,нача-
ла свой рассказ:
-В небольшом городе жил мальчик.В шесть лет он отравился грибами,но
тогда его время еще не пришло:врачи спасли ему жизнь,- струя дыма ввер-
х,а из нее листья травы,стебли и крылья,и деревья,и воздух.Ее лицо поплы-
ло.Его поверхность задрожала,как будто легкая рябь,и стала зер-
кальной.Откуда? Откуда ты это знаешь.В зеркале на больничной кровати под
капельницей лежал...мое слабое шестилетнее тело.Картина сменилась
другой.Дохдь.Песок.Победа...Но это откуда? Зеркало подернулось дымкой се-
рого тумана.Ее губы двигались во все убыстряющемся темпе,но слов не было
слышно.Картины детства всплывали в лихорадочных воспоминаниях мозга.Надо
разбить окно.Волны воспоминаний обрушивались внутрь.Я тонул в себе.Надо
дойти до окна.На ватных,плохо слушающихся ногах начал разбег.Искаженное
злобой лицо девушки что-то кричало мне вслед,выпуская при каждом кри-
ке,словно из пульверизатора, струйку крови. (Вперед,не останавливайся).
На полном ходу врезался в стекло,но оно не разбилось,а стало странно вы-
тягиваться по направлению движения,превратясь в липкую и тягучую субстан-
цию,обволакивая тело.(Вперед,не останавливайся).Стекло выгнулось плещу-
щей на ветру рубахой и стало тонким,как целлофан.Еще миг оно удерживало
меня в своих обьятьях,а затем лопнуло,взорвалось,рассыпалось тысячами
сверкающих брызг,пронзивших взлетевшее тело,светившееся от ран и крови
дождя.Ощущение парения в стеклянной воде было необычайным и пугающим,но
оно длилось так мало:какая-то сила опрокинула тело назад и швырнула на
пол.
С такой непосредственной,неуместной улыбкой могла улыбаться только
ты.Но почему все в тумане.Ты...тебя же нет.Четыре года назад ты умерла,
-Нет,это ты умер,- голос позвучал так ясно,что показалось это были мои
слова.Ты повернулась спиной и стала медленно уходить вдаль,в молочную бе-
лизну туманной дымки.
-Стой,подожди меня,пожалуйста,- спотыкаясь,я побежал за ней.
-Не спеши,- голос эхом прозвучал в черепной коробке,отдавая
резким,резонирующим звуком...
...Она улыбалась,хитро сощурив глаза,пуская клубы плотного дыма.
-Ну как,тебе было смешно? - легкий шепот долетел до меня на крыльях си-
гаретного дыма.
-Теперь ты понял,кто я? - слова вошли в уши со звуком падающего в воду
кирпича.Она наклонилась ко мне и положила руку на лоб.Меня поразила ее
бледность,особо заметная на фоне черной одежды.Это была неестествен-
ная,почти мраморная белизна.
-Ты заболел,- в ее глазах была боль.Лишь секунду я видел такие гла-
за,затем она отвернулась.Это не просто боль,такое чувство не мог вмес-
тить один человек.В черных зрачках я прочел скорбь многих,многих людей.
-Кто ты? - услышал голос,свой голос.
-Как близко,ближе некуда - волосы коснулись левой щеки.
(Ноги скользили по мерзлому,утрамбованному снегу.Ветер колол лицо и ру-
ки ледяными иглами,татуируя одному ему понятный рисунок.От особо крупных
игл трескалась кожа и шла кровь,мелкими бусинками скатываясь на
снег,грязный снег).
-Делайте ваши ставки,господа,- она стояла около огромной рулетки с ло-
паточкой для фишек.
(Лиц не было видно - одни лишь темные силуэты.Кое-где,подобно огненным
светлячкам,то разгорались,то затухали красные глаза сигарет.Ранний зим-
ний вечер,не скупясь,кидал звезды на черное платье неба,Было как-то
странно и спокойно.Все,что сзади - ничто.Этого уже нет и никогда не бу-
дет).
-Ваша ставка,господин,- она пододвинула ко мне сложенный лист бумаги.
-Что это? Мои долговые обязательства? - я был удивлен и с любопытством
взял лист.Не знаю отчего,но руки мелко дрожали.Бред какой-то:на листе был
всего лишь рисунок,детский рисунок,грубо и размашисто выполненный акваре-
лями.Какие-то крючки,девочка в белом платье или старуха? Странная грус-
тная рожица.Волнение охватило руки,пальцы нервно мяли края листа.Смутные
догадки поражали своей пустотой.Какая нежная,какая грустная улыбка.
-Зачем мы здесь? Почему все так странно.
-Это я,- она показала на девочку или старуху в белом платье.
-Ты? - это прозвучало,как резко лопнувший футбольный мяч.Ее руки еще не
легли мне на плечи,а я уже был спокоен,абсолютно спокоен.
-Меня видят все,- ее теплое дыхание обжигало глаза.-Я прихожу ко всем
рано или поздно и увожу с собой.
-Я тебе даю право выбора способа,- ее тонкие руки властно притянули ме-
ня к рулетке.-Ты должен своей кровью закрепить ставку,
Ее глаза лихорадочно блестели.Уже ничему не удивлялся:на левой руке,на
запястье скалился беззубым ртом небольшой разрез.Кровь тонкой струей сте-
кала вниз на зеленое сукно.
-Брось шарик,- она вложила в красную ладонь маленький шарик для рулет-
ки и крутанула диск.Цифры замелькали перед глазами,шарик выкатился на
вращающееся полотно рулетки...


Зима.
"Читай слова по выраженью глаз,не дай сказать ее губам.Увидь себя внут-
ри зрачков из ночи.Не думай - чувствуй...Это ветер сметает нас,как пыль с
дороги,купая нас в росе травы,звеня во все колокола грозы,ты достаешь из
сердца белых птиц и молвишь...тишину..."
Ноги почти немели.Медленно,но верно мороз брал свое.Поздно,автобуса на-
верняка не будет,придется идти пешком,вдыхая жгучий минусдвадцатиградус-
ный воздух.Холодно,под ногами безжалостно скрипит снег,руки бегают быс-
тро-быстро,играя в одну им понятную игру:в карман,наружу,к губам,в рука-
ва.Только дойти,там чай,обжигающий руки,теплая постель,воспоминания нае-
дине с альбомом карандашных рисунков,обнимающие чай руки,неумело нарисо-
ванные лица,неумело написанные строки,желание сидеть,маленькими глотками
проглатывая одиночество.Ноги сильно колет при каждом шаге,руки сердятся
красной краской,а нос,как плохо закрытый водопроводный кран.Где-то вдали
мелькнула мысль той,которая всегда в двух шагах за левым пле-
чом.Нет,нет,нет,пока еще впереди огни,пока далеко-далеко есть она,смею-
щаяся в ночи,да просто из-за большой кружки чая - идти,ползти,хрипеть,но
дойти.В ответ печальные тихие эвуки,то ли скрипка,то ли ветер,может соба-
ки? Но как прекрасно,тихо,но в тоже время торжественно и нервно.Руки в
красный кулак,а легкие обжечь,как только можно и заплясать на онемевших
пальцах,поднимая ботинками невесомую,искрящуюся снежную дымку.Необычай-
ный восторг и легкость,а как же воспоминания,грусть,режущая изнутри
кожу.Где же все.Где нервные срывы,бьющие о стены красные,но не замерзшие
руки,хочется кричать,но молчу,молчу,захлебываясь негативными эмоция-
ми,прошу все прекратить,кричу - "прекратите",но про себя.Никто не слышит
и все по прежнему,и только ветер поет давно забытый мотив.Тихо переби-
рает струны,ничего не сказать,шумит листвой,даже не прикоснуться,колышет
темные пряди твоих волос,быть холодным камнем на пути.Искрящийся туман
разгонял сгустившуюся кровь.Простые слова,понятные до ожога рук,но в то-
же время не говорящие ничего.Молчать и смотреть,видеть,чувствовать,как
мимо проносится колесница времени.Указать на нее незаметно,легким кив-
ком,так чтобы не нарушить ее сумасшедшего движения,разделяющего предметы
в пространстве.И в то время,когда колеса стремительно перемалывают тиши-
ну,посмотреть в глаза,проникнуть в самую их суть,искупаться в черных озе-
рах и прочь.
Вот уже почти дошел,оставалось буквально метров сто.Ветер вдали,играет
скрипка,слышен звук приближающегося автомобиля,а впереди озера,полные
чернозеркальной жемчужной воды,играет скрипка,свет дальних фар слепит
хрусталь.Танцующими пальцами на цыпочках войти в воду,умыть лицо искря-
щимся фонтаном черных брызг,нараспев кричать,играет скрипка,ее глушит ра-
ботающий мотор железного коня.Успеть перекреститься святой водой да сле-
ва-направо,да сверху-вниз,успеть прошептать молитву,успеть сложить руки
на груди,успеть поднять голову к небу и тихо спеть твое имя до того,как
пятитонная махина сомнет хлипкую телесную оболочку на мягкий,местами теп-
локрасный снег.Взметнувшийся снежный пух медленно-медленно опустится под
тяжестью покрывала,тянущегося за колесницей времени.

Написать нам